В деньгах особо не нуждаюсь, однако в сельскохозяйственных работах сейчас перерыв, Леокрит бесит своим всезнанием, тупые рабы достали, жены догрызают последние кусочки моего мозга. Захотелось отдохнуть от всего этого, встряхнуться, попутешествовать, посмотреть, что представляют собой Сиракузы.
Город состоял из старой части под названием Остров, расположенной на Ортидже, и новой на сицилийском полуострове, разделенной на четыре района, каждый из которых защищен собственными стенами: Ахрадина, Тюхе, Эпипола и Теменит. Между этими частями узкий пролив, берега которого служат портом. В старой части Сиракуз находятся акрополь и другие правительственные здания, главные храмы богине Афине и богу Аполлону и живут местные богачи. У них есть свой источник пресной воды Артеуса, названный так в честь нимфы-охотницы. С тех пор, как я бывал на Ортидже с народами моря, поселение сильно разрослось и укрепилось. Люди, населявшие его в то время, были моими союзниками. Теперь тут живут враги, с которыми заключен мир, но все понимают, что ненадолго.
Агириса мне показал на рынке один из бывших жителей города Агириум, который несколько лет назад перебрался в Карфаген и устроился матросом на торговую галеру, принадлежавшей суффету Магону. Предателю за пятьдесят. По нынешним меркам пора на покой. Среднего сложения, невзрачной внешности. Наверное, поэтому отличался поразительной кровожадностью. Одет скромно, в поношенный темно-красный шерстяной хитон, и обитает в районе Ахрадина в доме, так сказать, среднего ценового диапазона. То ли наворовал мало в Агириуме, то ли Дионисий счел его помощь не слишком важной, то ли два в одном и что-нибудь еще. Хотя этот район считается очень престижным. Здесь находится агора, арсенал, театр… Улицы шире, чем в Острове, метров пять, со скрытой канализацией. По всему району фонтаны. Вода проведена к ним от реки Анапос. Планировка типичная для греческих городов.
Я следил за ним несколько дней, изображая тихого богатого пьяницу. Утром располагался в забегаловке, расположенной на перекрестке его улицы с ведущей к храму богини плодородия и земледелия Деметры, и медленно потягивал разбавленное вино не лучшего качества, болтая с другими посетителями. Выдавал себя за богатого путешественника, сбежавшего от злой жены. Ко мне относились с сочувствием. Из дома объект слежки выходил только в храм Деметры и на центральный рынок Ахрадины, где подолгу болтал с беженцами из Агириума. Что его связывает с земледелием, не знаю. Может быть, имеет поле или сад за городом. Я надеялся, что поедет туда и получит стрелу в живот. Не дождался. Оставался план навестить его дома в последнюю ночь перед отплытием карфагенского купеческого каравана в Карфаген. Операцию пришлось перенести на день раньше, потому что, придя на Агирисом утром на рынок, увидел, что он закупается вином и закусками в большом количестве, для чего нанял вдобавок к своему рабу еще одного носильщика.
— Для симпозиума закупаетесь? — спросил я его раба, пожилого кельта с бельмом в правом глазу, поджидавшего в сторонке с полной амфорой вина литров на тридцать, когда приобретут всё остальное.
— Да. Вчера вечером хозяин получил благую весть из Агириума. Надеюсь, скоро вернемся домой! — поделился он радостно.
Наверное, это очень важно, где именно быть рабом.
Я предупредил наварха торговой галеры Магона, довольно трусливого мужичка с бегающими глазами, что договорился с проституткой, может, заночую у нее или вернусь поздно. На ночь городские ворота, ведущие в порт, закрывались, как и все остальные. Наварх уверен, что я здесь со шпионской миссией. Если меня прихватят, то и с него сдерут шкуру. Не разубеждаю. Иначе не возрадуется, когда уйдем из Сиракуз.
Предварительный план у меня был примитивный: проникнуть в дом по крыше над хозяйственными помещениями, найти жертву и обезвредить. Понадеялся на то, что, когда пьян хозяин, пьяны и рабы. По крайней мере, в моем доме так оно и есть. Я зашел в город перед самым закрытием ворот, пошоркался по улицам. Когда стало темно, оказался на нужной мне. Она была кривовата, и стены домов имели выступы. В углу одного из них я и расположился прямо на щербатой мостовой, еще теплой, нагретой за день солнцем. Бедняки часто ночуют на улицах под стенами домов. Ночная стража где-то гоняет их, где-то нет. Смотрел в звездное небо и слушал шум в доме Агириса. В соседних было тихо, а у него проходил, судя по громким голосам, настоящий симпозиум. Обычно такие мероприятия заканчиваются к заходу солнца, но часто бывают исключения, если вина много и пьют разбавленным.
Прождал я часа два, даже чуть не задремал. Привык уже ложиться спать с курами. Скоро совсем в «жаворонка» превращусь. Голоса вдруг зазвучали громче: гости вышли во двор.
— Мои рабы вас проводят! — раза три повторил Агирис.
