Молли выглянула в окно. Все кругом было похоже на земной рай. Солнце, море, коралловые рифы, музыка, танцы… И на этот земной рай упала тень. «Плохие вещи» — как неприятно слышать эти слова.
— Я обязательно этим займусь, Виктория, — сказала она строго, — не беспокойся и никому об этом больше не говори, а то начнутся глупые пересуды.
Вошел Тим Кендал, как раз в тот момент, когда Виктория довольно неохотно выходила.
— Что-нибудь случилось, Молли? — спросил он.
Молли подумала… А что если Виктория обратится к нему? И она передала Тиму все, что ей рассказала девушка.
— Я не понимаю, что значит вся эта ерунда, где эти несчастные пилюли были на самом деле?
— Но я же не знаю, Тим. Доктор Робертсон сказал, что это таблетки от высокого давления, так мне показалось.
— Ну, тогда все в порядке. У него было высокое кровяное давление, он должен был принимать такие лекарства. Все больные принимают. Я видел это тысячу раз.
— Но, — сказала Молли задумчиво, — Виктория, кажется, думает, что он умер именно потому, что принял эти таблетки.
— Это уж слишком мелодраматично! Ты думаешь, что таблетки от гипертонии заменили на что-то другое и он этим отравился?
— Звучит, конечно, абсурдно, — извиняющимся тоном сказала Молли, — когда ты это произносишь. Но ведь Виктория это, кажется, думает всерьез.
— Она — дура! Мы можем пойти и спросить доктора Грехема об этом. Уж он-то знает! Хотя мне кажется, что подобной ерундой его не стоит беспокоить.
— Я тоже так думаю.
— Но почему она подумала, что кто-то заменил таблетки, то есть положил в бутылочку другие таблетки?
— Я не совсем поняла, — ответила Молли, — но Виктория думает, кажется, что бутылочка «Серените» до этого там не была и она увидела ее впервые.
— Но этого же не может быть. Ведь майор должен был принимать эти таблетки постоянно, чтобы снизить свое кровяное давление.
Тим быстро ушел, ему еще нужно было проконсультироваться с Фернандо — метрдотелем.
Но Молли не могла так быстро все это забыть. После того, как было покончено с заботами и хлопотами, связанными с обедом, она снова обратилась к мужу:
— Тим, а если Виктория будет повсюду болтать об этом, то, может быть, нам лучше посоветоваться с кем-нибудь?
— Но, дорогая, Робертсон и все остальные были здесь, все осмотрели и расспросили обо всем. Никаких сомнений у них не было.
— Ты же знаешь наших девушек. Они так легко впадают в панику.
— Хорошо. Пойдем и поговорим с доктором Грехемом. Уж он-то знает!
Доктор Грехем сидел в лоджии с книгой. Молодая пара подошла к нему, и Молли довольно бессвязно начала говорить. Тогда Тим взял объяснение на себя.
— Все это звучит почти бессмысленно, — извиняющимся тоном начал он, — но, насколько я понимаю, эта девица забила себе в голову, что кто-то положил яд в бутылочку из-под «Сера…», «Серо…», ну, как там это называется…
— Но почему ей пришла в голову эта идея? — спросил доктор Грехем. — Она что, что-нибудь видела или слышала? Почему она об этом подумала?
— Я не знаю, — беспомощно сказал Тим. — Это была другая бутылочка? Как это было, Молли?
— Нет, она мне сказала, что там была бутылочка с «Севен… Серен…»
— «Серените», — ответил доктор. — Это известное лекарство. Он должен был принимать его регулярно.
— Виктория сказала, что никогда не видела это лекарство в доме майора до этого.
— Никогда до этого не видела? — резко спросил доктор. — Что она имеет в виду?
— Это она так говорит. Она говорит, что на полке в ванной было много всяких вещей — аспирин, зубной порошок, лосьон для бритья — она все это перечислила. Наверное, при уборке она все это переставляла и запомнила. А вот «Серените» она у него не видела до дня его смерти.
— Это очень странно, — снова резко сказал доктор. — Уверена ли она в этом?
Резкость его тона заставила обоих Кендалов с удивлением на него посмотреть. Такой реакции они от него не ожидали.
— Кажется, она уверена, — медленно ответила Молли.
— Может быть, ей просто хочется сенсации? — спросил Тим.
— Мне кажется, — заметил доктор, — лучше всего будет, если я сам с ней поговорю.
Виктория была очень довольна, что еще раз могла рассказать свою историю.
— Мне не нужны неприятности, — сказала она. — Я не принесла эту бутылочку в дом майора и не знаю, кто это сделал.
— Но вы думаете, что кто-то ее принес? — спросил доктор Грехем.
— Ну вы же понимаете, доктор, если до этого ее не было, значит, кто-то ее принес.
— Майор Пальгрейв мог держать лекарство в ящике стола, в чемодане…
Виктория хитро покачала головой:
— Но ведь тогда так было бы всегда?
— Нет, — сказал Грехем с определенностью, — это лекарство нужно принимать несколько раз в день. Вы никогда не видели, чтобы он принимал эти или какие-нибудь другие пилюли?
— Я знаю точно, что этого у него не было до того. Я просто подумала… Ходят слухи, что эта штука имеет отношение к его смерти… Отравили его кровь или что-то в этом роде. Вот я и подумала, может быть, его враг принес это, чтобы его убить.
— Нет, дорогая девочка, все это ерунда, — серьезно сказал доктор.
Виктория была разочарована.
— И вы говорите, что это было лекарство, хорошее лекарство?
