Урсула, юное создание с льняными волосами и синими глазами, напомнила мне о том, что дни любви для меня прошли и наступила пора посвятить себя изысканным порокам. Весь свет мира вошёл в её большие светлые глаза и превратился в весть о счастье; всё в ней стало вестью о счастье — и мягкий, влажный пурпур её губ, и едва заметный серебристый пушок на её щеках. Во время наших встреч ни одна мужская фантазия не была обойдена вниманием. В присутствии Урсулы мне хотелось объять всё богатство мира, ощутить все мыслимые наслаждения; я инстинктивно расправлял плечи, как свободный и независимый человек и поднимал голову, как обладатель бесценного сокровища: это миссия зрелости, приключение в поисках себя. Светлые пряди волос обрамляли её лицо с тонкими незаметными ангельскими чертами, ниспадали волной ей на спину. Её движения были проникнуты какой-то тайной музыкой. Пожалуй, лучшая из всех девушек, которых не зовут Татьяна Кондаурова — и это самая блядская правда! Неисчерпаемый источник наслаждения.
Если кратко, то наши с Урсулой отношения можно описать формулировкой: «Walk on the wild side».
Кубинский проект не понравился мне с самого начала. На моей фирме периодически возникали острые ситуации, собственно, бизнес только из таких и состоит, но в начале ноября 2004-го, когда мы с друзьями оплачивали новогоднюю поездку, обстановка на Совинкоме имела предельный уровень опасности. Снова возникла путаница во взаиморасчетах. Долги поставщикам составляли более 35 млн рублей, точную цифру не мог назвать никто. Исполнительный директор Расторгуев сколотил коалицию неповиновения, состоявшую преимущественно из птенцов гнезда Иосифова, количеством около 10 человек. Конкретные задания по отчетности, организации и документообороту либо игнорировались (даже обсуждаемые вместе, прописанные на соответствующем приказе), либо выполнялись формально. Нужно было срочно что-то делать — уволить всех протеже святого Иосифа, всю эту команду зла, но аккуратно, чтобы не осложнить отношения еще и с ним. И я должен был видеть на шаг впереди злых дел. Я чувствовал необходимость отправиться на две недели в Волгоград вместо Кубы. Опять же экономия.
— Почему Куба? Зачем ехать в Тулу со своим самоваром?! — вопрошал я друзей, пытаясь отвертеться от поездки (мы отправлялись туда с женами).
Но решение было принято, Куба была самой недорогой тропической страной, отказаться от коллективного отдыха не было никакой возможности, и я успокаивал себя тем, что всё равно первые две недели января работы никакой, вся страна отдыхает.
Я оплатил путёвки, не получив окончательного согласия жены. Согласовать с ней какое-либо решение было пыткой, она выматывала бесконечными «зачем?» и «почему?», и даже такой вопрос, как выбор утюга, превращался во вселенский скандал; она требовала, если мне «дорога семья», принимать участие в решении даже таких мелочных вопросов, в которых моё участие не имело смысла, и мои попытки отвестись воспринимались как измену, начинались предъявы: «ты не мужик!» и далее по списку; поэтому, чтобы выглядеть в глазах жены «мужиком», я был вынужден выдерживать многочасовые обсуждения, и, как громоотвод, гасить её капризы. Что характерно, при покупке квартиры на «Морском Фасаде» было относительно мало споров; при покупке джипа штормило уже посильнее (это обсуждалось, но до конца не обсудилось, и я просто поставил Мариам перед фактом: «Я купил тот самый Паджеро, который мы обсуждали месяц назад»), отголоски этого скандала раздаются до сих пор; ну а при замене двери разразился настоящий апокалипсис — возникла настоятельная необходимость поставить новую железную дверь, а старую выкинуть, Мариам в своей обычной манере затянула сроки: одно ей не нравилось, насчет другого надо было подумать, третий вариант надо было поехать посмотреть еще раз, и так далее; и я принял волевое решение и заменил дверь в отсутствие жены… что тут началось — это ни в сказке сказать, ни пером описать.
В общем, чем мельче вопрос, тем сильнее Мариам на нём подвисала, и тем больше умственных усилий требовалось ей, чтобы его осмыслить… видимо, крупные дела ей были совершенно не под силу, и она вынужденно принимала ситуацию так, как есть, а на мелочах отыгрывалась.
С кубинскими путевками произошло то же, что с дверью. Апокалипсис номер два. Причем на мой день рождения. Мы поехали с семьёй в ресторан, по дороге я сообщил Мариам, что поездка на Кубу оплачена… и тут разразилась буря! (Вообще, следует отметить, что из всех вариантов ведения беседы Мариам предпочитает тот, что связан с максимальным выбросом адреналина).
