На мостике барка метнулась фигура в парике и шляпе с пером. Капитан, однако. Вот туда Адаму и надо! Глупо, конечно, вот так один на один переть на капитана захватываемого судна, но капли, капельки, капелюшечки благородства и рыцарства, что подарил Агнию Ланселот, забурлили, обозначились и повели кэпа на палубу барка.
Нанося удары саблей и тесаком направо и налево в горизонтальной плоскости, сдловно скашивая нападваших, пару раз нанеся колющие удары, позволившие опрокинуть навалившиеся тела англичан, Адам протиснулся к леснице, ведущей на капитанский мостик. И уже занеся ногу, чтобы перескочить через ступени, поймал взглядом светлую косичку, развевающуюся за спиной одного из пиратов. Того, что ловко зацепившись за канат, перебрался с бригантины сразу на мостик брака и спрыгнул перед английским капитаном.
Тысяча чертей, эта его девка! Энни!
Вырвалось сразу, не обдумав ни секунды.
- Вперед, Энни! Ко мне, Энни! А-а-а… Давааай, девочкааа!!! – Адам прорычал уже в прыжке, желая оказаться между противником и девкой. В прыжке повернулся спиной к Энни и приземлившись перед ангичанином, раскрыл руки, готовый к атаке.
- Доброе утро, Адам, приятного утра, Энни Бэттон, - голос даже показался спокойным. Ричард был узнаваем даже под напыщенным париком и в военной форме английского капитана.
И тогда Энни рванула на англичанина! Словно этот мужчина обидел ее ранее или... или выымещая на нем свои обиды и потери!
Она атаковала первая! Сделала выпад из под руки Адама и, изящно развернувшись, встала за его спиной, дав мужчине возможность отбить ответный удар Ричарда.
Как привычно, как сладко, как правильно! Словно они и пришли в эти миры, чтобы не быть лицом к лицу, но встречать опасность спина к спине. Только так!
Адам чувствовал как девка прижалась к нему, чувствовал каждое ее движение, знал, что Энни не бросит его, не покинет. И он не покинет ее.
Люди на капитанском мостике убивали друг друга, демонстрируя мастерство и опыт, проверяя пролчность тел и духа.
Ричард впервые видел подобное. Длинноволосые светлые ангелы смерти слились и продолжали друг друга, как два крыла перелетая, уворачиваясь от ударов и нанося смертоносные удары в ответ. Защищая друг друга, словно единое целое.
- Восхитительно, - англичанин и сам не ожидал, что подобное вырвется с его уст, как раз в тот момент, когда сабля Адама пройдясь по касательной, чуть не задела его плечо, - Просто восхитительно!
«Ты – убийца. Холодный, расчетливый, кровожадный. И не думай по иному. Ты – убийца. Иди и живи с этим». Спасибо, ланиста, Агний знал это и без тебя. Всегда. Потому что жил в полную силу, чувствовал всей сущностью своей бесконечнойсть и мимолетность жизни только в жарком сплетении тел. В битве, в постели. Но только так.
Энни прогнулась в попытке продлить свой палаш, нанося удар, и Адам выгнул спину, вторя движениям девки. Открылся для атаки Ричарда, чем тот и воспользовался. Клинок шаркнул по ребрам, лишь чуть не достав до груди.
Но закричала, низко, горько, потеряно Энни. Не поворачивась, не оглядывась, лишь почувствовав, что произошло.
Адам принял удар Ричарда и крутанулся, выведя саблю по ногам противника.
Энни, еще продолжая кричать, с открытым ртом, выбившимися из косы прядями, прилипшими к лицу и шее, с палашом наперевес, оказалась перед бывшим почти женихом.
- Восхитительна…
- Нам больно, ублюдок! – Прорычал "белокурый ангел" и приставил к горлу капитана острие палаша.
На палубе сражение подходило к логическому концу. Остатки команды барка спасались в трюме, но оттуда уже доносились звуки боя. Несколько пленных матросов, связанные и изрядно побитые, уже лежали у правого борта за ящиками с песком, боцман Лона добивал рыжего матроса, используя не только клинок, но и умело по-пиратски обточенный эфес.
Ричард успел обвести взглядом картину гибели его команды и опустился на колено, отбросив оружие в сторону.
Свисток возвестил о начале упорядоченного грабежа и погрузки товаров на «Санта Анну».
О сундуке с казной из пиратов знал только Адам. Не убирая от горла Ричарда оружия Энни, Адам наклонился, заглянул в карие глаза, когда-то так мягко и тепло смотревшие на его девку.
- Веди в каюту, Ричард.
***
Да, он служил Короне. Да, он проводил совсем не праздо свои дни на острове. Парочка заинтересовала Ричарда сразу. Они были чужие. Совсе чужие. Словно не только не из кололний, но и не из этого мира. Слишком понимающий взгляд у столь юной девицы. Слишком спокойный и изнутри опасный мужчина. И в то, что они брат и сестра, казалось, не поверил только один Ричард. А донесения о проделках Энни Бэттон, дочери самого Рока Бразильянца, были изучены от корки до корки.
Два и два сложить не составляло труда. Обворожительная Энни для Ричарда была лишь пропуском к тайнам рейдеров. А светловолосый якобы брат - интересным экземпляром. Потому что Адама Лонели Ричард знал еще по Ливерпулю. Поразительное сходство и в тоже время это были абсолютно разные люди. Абсолютно!
