Карл – обходчик подземелий полностью

«Мы собирались уходить вниз, на третий этаж». Иисусе… Голос фейри переполняла такая грусть, такое отчаяние…

Мне вспомнилось, как Мордекай предупреждал: монстры нижних уровней не столь симпатичны. Я надеялся, что так оно и будет. Нельзя забывать, кто наши истинные враги. Синдикат. «Борант». Куа‑тин. Я страдал из‑за того, что убивал монстров, которые были не более чем пешками. Мы должны стать предельно сильными. Мы или они.

– Ты не победишь меня, – прошептал я. Это была мантра.

– Что? – переспросила Пончик.

– Ничего.

Мы прошли в большую комнату. Я принялся собирать пустые и полные фляги – все, которые только попадались. Я прикарманил и два стола, в том числе тот, что был обозначен как Рабочая алхимическая станция . Когда мы закончили, оказалось, что заполучили мы восемьдесят пустых фляг плюс шестьдесят полных.

Я решил, что наполнять пустые фляги самогоном из ванны не стоит. Металлический контейнер был привинчен к полу, поэтому всю ёмкость забрать было невозможно. К тому же я боялся прикасаться к жидкости, которая могла обладать каким‑нибудь побочным эффектом. Например, вызывать слепоту. Или ещё что похуже.

А жидкость продолжала поступать из соседнего помещения.

Дверь комнаты босса была похожа на вход в какой‑то общинный центр. «Живи, смейся, люби», – гласили вырезанные из дерева маленькие буквы в её верхней части. Ниже висело расписание событий. Последнее событие было назначено на первый полдень после крушения. О нём говорилось так: «Хорошие новости для всех! У маленького Бреаннлина ветряная оспа! Сбор складчины сегодня в полдень. Гроши не принимаются. Приобретаем иммунитет!»

– Мне кажется, этого босса нам стоит оставить в покое, – сказал я. – Там могут быть и другие дети. А если есть ещё и самогон, то взрыв будет не меньше, чем у гоблинов. У нас остался последний хобгоблинский детонатор, и я бы не хотел тратить его без необходимости. Если бросить туда динамитную шашку, то можно не успеть убежать. Взрыв будет мощный, я не сомневаюсь. Заходить туда и драться врукопашную тоже ни к чему, особенно пока у нас нет защиты от этой Заразы . Мы не знаем, сколько там этих тварей.

Я опасался, что Пончик полезет на рожон, но она не стала.

Мы прошли в угол зала. Я содрал со стены баннер «Энергетики! Животворяще!» На ощупь он напоминал хлопчатобумажную ткань. Я убрал его в свой инвентарь и обратился к велотренажёрам.

Шкив соединял шину с небольшой плоской платформой, приваренной к тренажёру спереди. В центре красовалось чёрное, разделённое на сегменты колёсико размером не больше полудолларовой монеты^[127]. Непонятно.

Неподалёку, в углу зала, я заметил два запылившихся деревянных ящика. Подняв один, я снял крышку. Он был забит пустыми стеклянными сосудами с ввинченными в дно лопастями. Их в ящике было двенадцать. А ещё там обнаружилась чёрная платформа с колесом, такая же, как на тренажёре.

Я отвинтил крышку одного из сосудов.

– Ага, вот оно что, – произнёс я вслух. – Блендеры, приводимые в действие мускульной силой от тренажёра. Похоже, ими никогда не пользовались.

Значит, если крутить педали маленького велика, лопасти будут вращаться и перемешивать содержимое сосуда.

Я забрал блендер, а также стеклянную бутыль, пригодную для всего, что меня угораздит перемешивать. Например, нечто животворящее. В нашей квартире была похожая машинка, только без педального управления.

Заглянул во второй ящик; там было не двенадцать стаканов, а шесть. И лопастей тоже не было. В ящике лежал лист бумаги, и я извлёк его на свет.

Энергетик «Иммунный сок». Рецепт 

– Святое дерьмо! – высказался я. Рецепт состоял всего из двух пунктов. – Понятно, почему они от этого отказались. Хрень собачья.

– Что, что? – заинтересовалась Пончик.

– Игра управляет нами. – Я принялся убирать найденные предметы в инвентарь. Один из великов был приварен к полу, зато второй стоял свободно, и я забрал его. – Предполагается, что обходчики это найдут и прочтут. Если ты сделаешь Иммунный сок , то приобретёшь иммунитет от Заразы  и ещё какой‑то Сильной кори . И тогда у тебя появятся силы, чтобы сразиться с боссом. – Я сглотнул слюну. – Бред какой. Я не хочу туда заходить. Думаю, мы просто возьмём…

Я не закончил. Дверь комнаты босса распахнулась. Оттуда высунулась пара розовых щупалец и повисла, качаясь, в воздухе. Помещение наполнил жуткий, режущий барабанные перепонки визг. И опять визг. И третий раз, и четвёртый.

Каждое щупальце, похожее на осьминожье, было покрыто ртами. Десятками ртов. Широкие, размером с тарелку фрисби, при этом с очертаниями человеческого рта с ярко‑красными человеческими губами. Ни глаз, ни других частей лица. Только какофония нечленораздельных воплей. Вопли, и всё.

Заиграла знакомая музыка, едва различимая в непрекращающихся визгах.

В той части комнаты, куда мы недавно вошли, рухнули балки и перегородили проход.

– Что за дьявольщина? – выкрикнул я, прижимаясь спиной к стене. – Это не логово босса!

Возникло новое извещение. Оно развернулось, не дав мне времени убрать его в папку.