— Я то, что ты видишь, больше обо мне сказать нечего, — отвечает и возобновляет поцелуй, но затем обращает внимание на ранку на моей нижней губе.
Непроизвольно Карлос толкает меня всем телом к книжному шкафу, что вызывает у меня стон боли.
«Чёртовы синяки».
Он резко отстраняется и делает шаг назад.
— Иди в постель, я позову тебя, когда принесут обед.
Заклинание разрушено, эль Дьябло возвращается к своей обычной маске безразличия.
В поражении я вздыхаю. И на этот раз я ничего не добилась.
Я опускаю взгляд, проходя мимо него, и иду в спальню, как он и приказал.
К чёрту, ситуация выходит из-под контроля.
Я сажусь на огромную кровать и смотрю в окно, а мысли улетают.
Уверена, причина того, кем стал Карлос, скрывается в его детстве. Но что могло с ним случиться, чтобы сделать таким жестоким?
Я думала, что обольщая, смогу вызвать его на откровение, но он как сейф без комбинации: недоступен.
Проходит совсем немного времени, дверь открывается, и я оборачиваюсь. Карлос оглядывает меня, смотрит уверенно, решительно.
— На стол накрывают, пойдём со мной.
Весьма необычно. Его контроль, смешанный с элегантностью и жесткостью, придаёт ему таинственную ауру.
Я молчаливо следую за ним. В столовой он отодвигает стул и ждёт, пока я сяду, проявляя заботу, которую раньше никогда не демонстрировал.
— Спасибо, — благодарю устраиваясь.
Карлос наклоняется, откидывает мои волосы в сторону и прижимается губами к шее.
— Пожалуйста, — шепчет в ответ.
Горничная аккуратно ставит тарелки на стол, не поднимая взгляда. Сколько я здесь живу, никто из персонала никогда со мной не разговаривал, и полагаю, это приказ Карлоса.
Другая женщина, повар, если не ошибаюсь, входит в комнату с тележкой, полной всевозможных лакомств.
Карлос выпрямляется, опускает руку мне на шею и контролирует работу женщин. Я бы не хотела оказаться на их месте, не может быть приятно чувствовать, что за тобой постоянно наблюдают.
— Сеньор, мы закончили, — говорит пожилая женщина, отступая на шаг.
— Благодарю вас, Ирма, — вежливо отвечает он.
Женщина улыбается, а затем вместе с другой выходит, закрывая дверь.
Странно, Карлос ведёт себя так вежливо. Я ожидала его обычной отстранённости. Вокруг стола стоят четыре стула, но он предпочитает сесть на тот, что рядом со мной. Мужчина выглядит спокойным, точно тигр перед нападением.
Чтобы прервать молчание, он наливает вино в два бокала и протягивает один мне.
— Я хотел бы поговорить с тобой о том, что произошло с Диего в клубе.
Я внимательно наблюдаю за ним и замечаю, как напряжены мышцы его лица.
— Почему ты не ушла сразу? — спрашивает, положив руки на стол и сжимая их в кулаки.
— Я пыталась и думала, что в любом случае справлюсь с ситуацией.
Карлос хмурится, похоже не соглашаясь.
— Видел, как ты «справилась с ситуацией», — едко комментирует он.
Не знаю, что сказать, он прав.
Карлос потягивает вино, а я пытаюсь сосредоточиться на еде. Гоняю вилкой по тарелке несколько кусочков жареных овощей, понимая, что желудок полностью заблокировало.
— Выпей, это поможет тебе расслабиться.
Беру бокал и делаю большой глоток, очень надеясь, что сработает. Меня сковывает напряжение, и я не понимаю почему. Карлос берёт тарелку с курицей и подаёт сначала мне.
— Почему ты стала драться с Диего?
— Я защищалась, — быстро отвечаю я.
— Я видел, в каком он был состоянии. Ангел, ты не просто «защищалась», и подозреваю, ты это знаешь, — давит он на меня.
Карлос прав. В тот момент гнев внутри меня вырвался наружу, я не могла себя контролировать, мне нужно было разрядиться, и я это сделала.
Он накалывает мясо и откусывает кусочек, но я не могу заставить себя что-либо съесть.
— Где Диего?
— В ожидании своей судьбы.
Не думаю, что Гардоса ради меня удосужится убить его, но и не удивлюсь, если сделает это. В конце концов, Карлос считает меня своей собственностью, и никто не может позволить себе прикасаться к его вещам.
— Скажи мне, Валентина, какое наказание, по-твоему, было бы правильным? Думаю, решить должна ты, — говорит он, указывая на меня вилкой.
— Я? — переспрашиваю удивлённо.
Он кладёт столовые приборы, разворачивается ко мне и наклоняется вперёд, опираясь рукой на спинку моего стула.
— Именно ты будешь определять судьбу Диего за то, что он сделал с тобой.
Чёрт, он совсем не шутит.
Я выпрямляю спину, потому как хочу, чтобы то, что собираюсь сказать, было воспринято со всей серьёзностью.
— Отпусти его, не хочу взваливать это себе на совесть.
Я говорю спокойно, глядя прямо в его глаза. От моего ответа взгляд Карлоса становится растерянным и, потрясённый, он отшатывается.
— Совесть? Он избил тебя и не остановился бы, не вмешайся я. После всего, что Диего с тобой сделал, разве ты не думаешь, что заслуживаешь мести?
Я собираюсь сдержать своё обещание Касандре, и как бы ни была заманчива идея натравить их друг на друга, не стану этого делать.
— Случившегося не изменить, я предпочитаю покончить со всем и двигаться дальше, — продолжаю, накалывая на вилку мясо. Я отрезаю небольшой кусочек и на автомате жую его.
— Как хочешь, — бормочет Карлос, возвращая своё внимание к тарелке.
