— Значит, ты живешь… как ты сказала? Шри-Ланка?
— Шангри-Ла, — все с таким же беспечным спокойным выражением лица ответила она.
— Отлично! А адрес имеется у этого твоего… Шангри-Ла?
— Мы туда не поедем, — как ни в чем не бывало заявила она.
— Почему? — сдержанно спросила я. Она молчала, поэтому я продолжила: — Буквально десять минут назад ты заверила меня, что желаешь съездить в свою квартиру, забрать паспорт и кое-что еще. Зачем ты мне сейчас выносишь мозг какими-то…
— Мне нужно навестить маму, — перебила она меня.
— Что?..
— Маму и папу. Я соскучилась, и мне нужно к ним.
Теперь настала моя очередь промолчать, ибо я была вынуждена это сделать. Видимо, мои планы на сегодняшний день нисколько не интересовали девушку, и она никак их не связывала со своими. Наверное, она была права. Тот, кто собирается оказывать благодеяние, должен быть готов к таким поворотам, если только он не настроился на любование собственной персоной.
Я слегка развернулась в ее сторону и пристально посмотрела в ее лицо.
— Ты в этом уверена?
Она лишь молча кивнула.
— Хорошо, я отвезу тебя к твоим родителям. Ты ведь имеешь в виду кладбище? Где похоронены твои родители?
Вероника довольно неопределенно махнула рукой.
— Там, — сказала она.
— Там — это где? В Шангри-Ла? — не сдержалась я.
— Возможно, и там. Но мне пока туда никак не попасть. Я пока что в этом бренном, примитивном и жестоком мире… — таинственно ответила она.
— Это кладбище в Сосновке? — спросила я.
Вероника на минуту задумалась, а потом неуверенно кивнула головой. Я заставила себя в очередной раз погасить нарастающее раздражение и сказала:
— Отлично. Значит, отправимся сейчас туда. Но обещай мне, что после того, как ты посмотришь на могилку, мы поедем все-таки к тебе на квартиру, как и планировали до этого. Договорились?
С тем же успехом я могла бы разговаривать с пустым креслом. На бесстрастном лице Вероники ровным счетом ничего не отразилось, и мне осталось только убеждать себя, что ее молчание было не чем иным, как знаком согласия.
Так или иначе, но идти на попятную было поздно. Я завела двигатель и тронулась с места. А когда вырулила на широкий проспект, то надавила на газ и погнала в направлении окраин. Кладбище в Сосновке находилось довольно далеко, практически за городом, и, в общем-то, добраться до него общественным транспортом было испытанием не из легких. В этом плане моей спутнице повезло — при самом худшем раскладе на машине мы должны были добраться туда минут за двадцать пять, не больше.
Вероника не разговаривала, равнодушно глядя перед собой. Я тоже помалкивала, не испытывая особой потребности в разговоре с этой странной особой. К тому же я от этих бессмысленных разговоров слегка притомилась. Однако постоянная привычка детектива размышлять не оставила меня и в этот раз. Поэтому мои мысли постоянно крутились вокруг этой пришибленной Вероники, которую я сегодня так случайно встретила на свою голову. Как давно она в Тарасове? Неужели для того, чтобы навестить своих родителей, она приехала в Тарасов, моталась здесь, на оживленном проспекте Строителей, дразня автолюбителей и рискуя собственной жизнью? Непонятно. Потом я пришла к выводу, что разумного ответа на этот вопрос быть не может и Веронику надо попросту принимать такой, какая она есть. Но, надо отметить, что даже я — детектив со стажем — за все это время не смогла толком ничего конкретного узнать об этой девице.
Это тебе опыт, Иванова, подумала я и криво усмехнулась. Будем считать, что сегодняшний день я все же провела с пользой — натаскивала себя в общении с таким необычным человеком. Вдруг в жизни пригодится. Точнее, в моей детективной практике.
Но не зря мы всю дорогу ехали в полном молчании — я хотя бы выровняла свое эмоциональное состояние и стала смотреть на всю эту ситуацию немного под другим углом, — с пользой для себя.
Мы прибыли на место. Впереди показалась ограда сосновского кладбища. Я остановила машину метрах в десяти от ворот и с некоторым беспокойством посмотрела на свою спутницу.
Она ответила мне непрошибаемым взглядом. Что-то в этом взгляде меня смутило. Хотя, что об этом говорить — вся эта ситуация и моя новая знакомая уже давно меня смутили, так что нет смысла заострять на этом внимание. Пора уже смириться. Но, надо отметить, что во взгляде Вероники не заметила ничего похожего на волнение и скорбь.
— Приехали, — настороженно сказала я, ожидая какого-то подвоха, — и не ошиблась! — Ты разрешишь мне проводить тебя?
— Куда? — спросила она.
— Да уж… с тобой положительно не соскучишься, — тяжко вздохнула я. — Для чего мы сюда приехали, ты не забыла?
Вероника посмотрела в окно, затем обернулась назад, что-то внимательно высматривая позади нашего авто. Потом она снова уставилась вперед, смотря на кладбищенские ворота. После чего как ни в чем не бывало обернулась ко мне и беспечным тоном произнесла:
— Они не здесь похоронены! — И она посмотрела на меня так, словно это я достала ее свой бестолковостью.
