– Госпожа, он долго не продержится! – тревожно произнёс капитан отверженных. Казалось, что он больше всех переживал за судьбу одиночки. Слова Леонарда задели старого вояку за живое, и он всеми силами выказывал нетерпеливое желание бросится на помощь. Сейчас он с надеждой смотрел на свою повелительницу, ожидая дальнейших приказов. Но Карина колебалась. Она понимала всю плачевность положения сетов и не хотела пожертвовать всем, что у нее осталось, ради призрачной славы. В это же время ей не давала покоя мысль о том, что сама судьба привела ее в это место и поставила перед лицом выбора, да и лучшего момента для атаки, пожалуй, уже не предвидится. Увлечённые битвой с Ньютоном, корабли Ариадны подставили под пушки сетов свои самые уязвимые бока. Она думала, что однажды уже доверила свою жизнь сильным мужчинам, и они завели ее на край бездны. Прозрев тогда, она порвала путы страха и решила стать единоличной хозяйкой своей судьбы. Тогда она гордилась этим решением. Ей грезилось, что именно она станет последней надеждой цивилизации в борьбе с несправедливостью и косностью ее прогнивших правителей и инфантильных граждан. Она знала, что такое быть сильной. И она решилась, но прежде у нее осталось еще одно незаконченное дело.
– Муж мой, я уже давно не о чем тебя не просила, – произнесла отважная женщина, – но сейчас пришло время, когда я могу надеяться только на тебя, – ее взгляд наполнился скорбью. – Я не слишком верю в намерения этого авантюриста – она имела ввиду Арсения – но, видимо, иного пути у нас нет. Ты должен помочь ему спасти мою дочь. Обещай мне сейчас, что ты совершишь все мыслимое и немыслимое ради ее спасения! – она пристально смотрела на Леонарда.
– Я сделаю это, Карина! – произнес Лео, подняв на нее глаза полные решимости и слез.
– Тогда тебе понадобиться вот это, – произнесла женщина и протянула советнику запечатанный пакет. – иначе тебе вряд ли удастся сдержать данное мне слово.
– Что это?
– Это новое облачение для моей дочери – костюм сетов.
– Но… – попытался возразить тот.
– Никаких «но»! – перебила его жрица – думаешь почему наша дочь погибала в будущем?
Лео испуганно посмотрел на женщину:
– Ты знаешь и про это?
– Еще бы! Мы нашли способ вычислять твоих людей . – она посмотрела на него взглядом победителя, но затем огонь ее глаз снова потух. – Впрочем, сейчас у нас нет времени для подобных дискуссий. Запомни главное, как бы ты не пытался воспротивится этому, но для того, чтобы выжить Авроре на время придется самой сделаться сетом. – В полнейшем изумлении Лео стоял и смотрел на свою прежнюю возлюбленную. – А теперь иди и найди своего друга. Я поступилась ради них своей верой, поэтому я больше не хочу видеть не тебя ни кого либо другого из хранителей!
Подавленный Лео поклонился ей и двинулся вслед за приставленным провожатым. Карина же, избавившись от груза прежних тревог, повернулась к сияющему капитану отверженных и произнесла:
– Ариадна, если ты слышишь меня, сеты бросают тебе вызов! – затем повернулась к своему подчиненному, восторженно смотрящему на свою преобразившуюся повелительницу, и добавила уверенным тоном. – Сообщи всем нашим кораблям, мы вступаем в бой. Мы вытащим из передряги этого бедолагу Ньютона!
В гостиной стояло двое. Фигуры собеседников выглядели изможденными, а на лицах читалась усталость. Вероятнее всего, на их душевное и физическое состояние наложили свой тягостный отпечаток события, постигшие человечество в последние месяцы. Бегство с Земли сопровождалось большими потерями, и было очевидно, что утрата близких и друзей тяжёлым грузом отпечаталась в сердцах. Сейчас их усталые взгляды были прикованы к громадине ковчега, занимающего половину окна. Этот космический пейзаж сопровождал здешних обитателей каждый день на протяжении последних трех месяцев. С нетерпением они ждали окончания строительства, с надеждой смотрели на верфи, наполненные рабочими и дронами, круглосуточно трудившимися над завершением гигантского корабля, дрейфующего возле станции «Последний рубеж»
Рубеж действительно оставался последним, поскольку дальше Плутона, людских поселений было не сыскать. Тем временем из центра солнечной системы неуклонно расползалась во все стороны смертельная зараза вируса. Одна за другой, планета за планетой, поселение за поселением прекращали вещание на своих радиочастотах, замолкая от его смертельного прикосновения. Связь умирала, и там, где раньше гомонили людские голоса, на тысяче языков повествующие друг другу о радостях мира, оставалось лишь шипение первородного излучения космоса. Последнее, что, как правило, слышали в эфире, перед тем, как источник сигнала замолкал навсегда, были крики и мольбы о помощи. В этот момент слушателям чудилось, что незримое облако тьмы, неуклонно расширяя свои границы, накрыло своим мертвенным саваном еще один прежде обитаемый уголок их мира.
***
