Постепенно к ней вернулись воспоминания о разговоре с детективом. Атила мертв. Возможно, его убил родной сын. У отца Виктории есть младшая сестра, о которой она никогда не слышала. Или просто забыла, потому что тогда была слишком мала? Если так, то что еще из событий прошлого ее мозг – то ли по малолетству, то ли для самозащиты – попытался стереть? А тетя Эмилия? Почему она никогда не говорила об этой Софии? Виктория хотела встать, но решила пока не торопиться и просто разглядывала лицо Джорджа. Она всегда ненавидела поддерживать зрительный контакт с людьми, но с ним все по-другому. Никакого осуждения, только честность и прямота.
– Ты смотрела «Призрак оперы»? – спросил он через некоторое время.
– Да, а что?
– У тебя выражение лица как у Кристины, когда она очнулась в его тайном логове, в театральном подземелье.
Виктория иронично приподняла брови.
– А ты что прячешь под маской? – поддразнила она. – Обожженное лицо?
– Вообще-то я не уверен, что хочу быть призраком. У него не выйдет хеппи-энда с Кристиной.
Виктория смущенно отвернулась. Она выглянула в коридор и попыталась вычислить размеры квартиры, исходя из его длины. Похоже, тут две или три комнаты. Она не представляла, в каком районе находится.
– Буду с тобой откровенен, – сказал Джордж. – Когда ты упала в обморок, мне пришлось порыться в твоем рюкзаке, чтобы найти мобильный. Я собирался позвать кого-нибудь на помощь.
– И?..
– И нашел там блокнот. Думал, он твой, но потом заметил имя Сантьяго. Я знаю, это тот парень, который убил твою семью. В газетах писали, что его отца убили. Вик, почему ты ходишь с его дневником?
Виктория была потрясена.
– Ты что, читал его?
Джордж неловко заерзал на диване.
– Бегло пролистал, – признался он.
– Зря. Это не твое дело.
Ей захотелось уйти. Она потянулась к карману и поняла, что там нет перочинного ножа. Занервничав, попыталась встать. Словно читая ее мысли, Джордж взял что-то с кофейного столика. Она сразу узнала нож в его руках.
– Это мое, – сказала она.
Джордж протянул ей нож. Виктория выхватила его и выпрямилась.
– Я все еще не до конца понимаю, во что ты ввязалась, но это явно опасно. – Джордж наклонился, собираясь приобнять ее за плечи. – Я хочу помочь.
– Мне не нужна помощь.
Виктория уклонилась от его объятия и отвернулась, собираясь с силами, чтобы встать.
– Послушай меня, перочинный ножик тебя не защитит.
– Если не отпустишь, я сделаю тебе больно.
Джордж поднял руки, капитулируя, подошел к двери и отпер ее.
– Можешь уйти, если хочешь, – сказал он. – Но лучше сначала выслушай меня.
Виктория не хотела ничего слушать. Она приподнялась, и ноги ее коснулись пола. Девушка моментально почувствовала холодную поверхность. Посмотрев вниз, она поняла, что разута. Рядом с правой ногой с подстриженными ногтями из джинсов выглядывал бежевый протез с имитирующими пальцы нелепыми бороздками.
– Я снял кроссовки, чтобы тебе было удобнее, – пояснил Джордж.
Виктория понурилась, одновременно испытывая желание расплакаться, закричать и напиться.
– Я знал об этом, – признался Джордж. – Заметил странности в твоей походке еще в кафе. После нашего свидания я навел кое-какие справки и нашел газету тех лет, где писали про твою операцию. Потом еще немного покопался и узнал об ампутации. От этого я еще больше восхищаюсь тобой. Ты невероятная женщина. После всего, что случилось, ты все равно такая сильная… и красивая.
Виктория почувствовала себя беззащитной. Обхватив себя руками, она поковыряла повязку указательным пальцем.
– Не смущайся, – добавил Джордж, придвинувшись ближе. Он сел на пол, скрестив ноги, и поднял голову, чтобы встретиться с ней взглядом. – Честно говоря, я всегда чувствовал себя несчастным, обманутым жизнью. Подростком вечно был в депрессии, но ничего… ничего из этого не сравнится с тем, через что прошла ты. После встречи с тобой я задумался, как постыдно с моей стороны было замыкаться в себе, жаловаться на свои проблемы, на измену бывшей… Ты сделала меня лучше, Вик. А разве не этого хотим мы все? Найти кого-то, кто сделает нас лучше?
Виктория закрыла глаза, позволив скатиться слезинке. Она не была готова к такому, тем более сейчас. Разве может она кем-то интересоваться в такой абсурдной ситуации? Это какая-то ошибка. Она хотела объяснить все Джорджу, но не находила слов.
– Не буду слишком драматизировать и заявлять, что не позволю себя игнорировать, – продолжал он. – Ты, как никто, знаешь: люди способны выдержать многое и собрать себя заново по кусочкам. Но ты мне правда нравишься. Я почувствовал, как ты доверяешь мне. Рассказала о своей жизни и показала мне другой способ решения проблем. Твоя искусственная нога – это не слабость, а сила.
