— Эх, я предпочитаю, чтобы моя кровь была немного свежее. К тому же, я знаю, что лучше не питаться иллюзиями босса. Проклятье, девочка. Посмотри на себя. — она отстегнула канат, перегораживающий вход, и жестом пригласила меня пройти. — Близнецы ждут тебя внутри. Я бы сказала, увидимся, когда выйдешь, но глядя на твой вид, они точно тебя сожрут. Может быть, даже оставят мне объедки.
— Сомнительно. За объедки тебе придется сражаться с Демоном и Алистером.
— Да, мне придется постараться, — сказала она с хихиканьем. — Хотя звучит как забавный способ умереть.
Направляясь в темный вход туннеля, я подождала, пока приплывет лодка, прежде чем сесть в нее. Она была сделана в виде старомодной лодки, которой пользовался Харон — перевозчик на реке Стикс в греческой мифологии. С носа лодки свисал единственный фонарь, но он никак не мог осветить темноту, лежащую впереди.
Красные лампочки выстроились вдоль верхней части туннеля, но они были так далеко и немногочисленны, что лишь добавляли жуткой эстетики, а не света.
Над головой играла медленная и зловещая музыка, которая показалась мне чем-то романтичным.
Я начала задаваться вопросом, как я должна встретить близнецов, находясь в лодке, когда поток воды резко прекратился, и лодка остановилась, слегка покачиваясь на месте.
Дерьмо. Что мне теперь делать?
После минутного взвешивания своих возможностей я вышла из лодки на платформу, идущую вдоль воды. Было странно холодно, и я обхватила себя руками, чтобы согреться.
Когда углубилась в туннель, музыка стихла, заставив меня с болью прислушаться к своему дыханию и тихому позвякиванию колокольчиков, которые были спрятаны в помпонах на моем топике.
Сенсорная депривация довела меня до предела.
У меня возникло ощущение, будто я попала в фильм ужасов, который любили смотреть Рифф и Рафф, где девочек постоянно разрывают психопаты-убийцы или свирепые монстры.
Мое сердце остановилось, а ноги застыли на месте, когда впереди в тени внезапно появились огни. Нет, не фонариков.
Два мерцающих пламени синего и два зеленого цвета.
Тяжелое, прерывистое дыхание, которое могло исходить только от чего-то нечеловеческого и опасного, эхом разносилось по туннелю. Существо вышло из темноты и попало в красный ореол света, брошенный на воду одной из лампочек.
Я уже видела Риффа в его форме монстра.
Он не был таким большим, как адский зверь Демона, но его рост составлял семь футов
Мои глаза напряглись в темноте, и я смогла различить выцветший клоунский грим, запачкавший кости его лица.
— Посмотри на это, брат. Наша добыча действительно пришла.
Голос Риффа прозвучал гортанно и скрипуче. Голос, который мог быть создан только в аду.
— Попала прямо в нашу ловушку, — раздался рядом с ним другой голос, столь же глубокий.
Мрачный трепет предстоящего события загудел в воздухе.
— Может быть, она хочет, чтобы ее съели.
Слова Раффа зажгли огонь в моем животе, который прогнал холод в туннеле.
Сияние их глаз становилось сильнее по мере того, как они медленно приближались, и кровавая вода плескалась под их тяжелыми шагами.
— Беги, Адская летучая мышка. Попробуй сбежать, — прорычал Рифф.
— Да. Дай нам хорошую охоту, — сказал Рафф с зловещим смехом, от которого моя киска намокла, а возбуждение потекло по моим бедрам. — Нам нравится играть с едой.
37
Сожри ее душу.?
Я не хотела убегать, но и не собиралась позволять им завладеть мной, не заставив попотеть для этого. Итак, я развернулась и побежала обратно через туннель так быстро, как только могла. Резиновые подошвы моих кроссовок ударились о металлическую решетку люка для технического обслуживания, ритм моих коротких вдохов соответствовал бегу.
Плеск воды и звериные звуки двух охотящихся хищников приближались, заглушая музыку, льющуюся из динамиков.
Мои легкие начали гореть, когда я глотнула холодный воздух.
Человеческие инстинкты выживания сигнализировали голосом разума в моей голове.
Голод суккуба был сильнее, он кричал:
Не было времени слушать ни один, ни другой голос. Мои короткие ноги не могли сравниться с огромными скачущими шагами близнецоы. Вероятно, они могли бы поймать меня прежде, чем я отошла бы на несколько шагов.
Я знала, что им нравится смотреть, как я убегаю.
Они любили борьбу.
Это заставило меня задуматься, не было ли это симптомом их прошлого. Им нравилась власть, они чувствовали, что у них все под контролем.
После того, как Уокер пал, и я потеряла все, мне пришлось быть крайне независимой и всегда держать ситуацию под контролем. Так что в такие моменты с близнецами мне нравилось подчиняться.