— Вижу, вас это заявление не удивляет. Не удивило и Стаса. Когда я ему пересказала наш разговор, он даже обрадовался. Вот, говорит, то, что нужно. Спроси, сколько она хочет, и предложи ровно половину. Я снова встретилась с Аллой. Сделала все так, как Стас велел. Алла запросила сто тысяч. Я не удержалась, спросила, на что ей такие деньги. А она ответила, что на дом. Умирая, ее отец оставил ей в наследство огромный дом. Его содержание съело все отцовские сбережения. Признаться в этом родне Алла стыдилась, а дом требовал все новых вложений. Вот она и решила подзаработать. Короче, сговорились на пятидесяти. Алла должна была встретиться со Стасом. Он собирался провести с ней подробный инструктаж. И вдруг он пришел ко мне в отдел. Прямо на работе. До этого он никогда не афишировал наши отношения, а тут вдруг заявился. Правда, в отделе в этот момент никого не было, и мы оттуда быстренько ушли, но сам факт говорит о многом, верно?
Я согласно кивнула. Елена продолжила:
— Вытащил он меня из кабинета, затащил в уголок за лифтом, чтобы никто нас увидеть не мог, и заявил, что планы меняются. Теперь ему понадобилось, чтобы Алла флиртовала не с Дмитрием, а с нашим новым рекламщиком. Я пыталась выяснить, зачем ему это нужно, но он твердил только одно: для нашего общего блага. Я сдалась. Он велел, чтобы я предупредила Аллу об изменениях в планах, и попросил достать две контрамарки на ближайший спектакль с участием Аллы. Там, мол, и произойдет знакомство. Тогда я сказала Стасу, что помогаю ему последний раз. Сделаю то, о чем он просит, и умываю руки. Дальше без меня.
— Почему? Чем было вызвано ваше решение? — спросила я.
— Сама не знаю. Может, почувствовала что-то, а может, просто надоело выслушивать Стасовы «грандиозные» идеи. Короче, больше я в это дело не лезла. Знаю только, что Стас свел Аллу и Тараса. Что Тарас пригласил Аллу на маскарад в качестве своей пары. И то, что Дмитрий на корпоративе умер, — заключила Елена.
— Что-то не сходится, — задумчиво проговорила я. — Вот вы говорите, что больше этим делом не интересовались, но из вашего рассказа неясно, с какой стати вы решили, что Диму убрали. Как вы можете это объяснить?
— Очень просто. Я сказала, что сама в это дело не лезла. Я не сказала, что Стас не посвящал меня в свои планы. Да он последнее время ни о чем другом ни думать, ни говорить не мог, — объяснила Елена.
— Продолжайте, — попросила я.
— Стас рассказал, что собирается с помощью Аллы нейтрализовать Дмитрия. Не убрать, а только нейтрализовать на некоторое время, чувствуете разницу? Поэтому я и уверена, Стас не знал, что Дмитрий умрет. Там был еще кто-то. Тот, кто контролировал весь план. Об этом я сама догадалась. Стас мне об этом не говорил.
— А догадались как? — снова задала я наводящий вопрос.
— По обрывкам его слов. Каждый раз, когда его планы подходили к тому месту, где в спектакль вступал кто-то третий, Стас тут же замолкал. Или переводил разговор на нейтральную тему. Впечатление было такое, что он боится говорить об этом третьем. Про роль Аллы он рассказывал охотно. Про то, как займет достойное место в другой фирме — тоже. А вот про того, кто ему это место обеспечит — молчок. Почему? Думаю, он его немного опасался. Как видите, не напрасно. — Елена снова загрустила.
Пришлось мне вновь возвращать ее к прерванному разговору.
— Каков был план в интерпретации Стаса? — спросила я.
— Алла должна была попасть на маскарад. Там она должна была выманить Дмитрия в подсобное помещение при гардеробе. Что должно было произойти дальше, я не совсем поняла. Только после этого Алла из игры выходила. Дмитрий должен был заболеть. Так Стас говорил.
— А вот в этом месте поподробнее, — потребовала я. — Постарайтесь вспомнить точно, что об этом говорил Стас.
— Он сказал, что Дмитрию дадут какое-то лекарство. Экспериментальное. Оно на некоторое время выведет Дмитрия из игры. Месяца на полтора-два. А пока тот будет валяться на больничной койке, Стаса возьмут в компанию Дмитрия. За это время Стас успеет проявить себя так, что, вернувшись, Дмитрий просто не сможет его уволить. Ему ничего не останется, как только смириться с тем, что он ошибался насчет Стаса. Вот как-то так.
— И о том, кто тот благотворитель, что за спиной начальника провернет махинацию с устройством Стаса на работу, Стас не говорил, так? — начиная догадываться, чьих рук дело весь этот спектакль, спросила я.
— Нет. Когда я его спрашивала, он только отшучивался. Говорил: много будешь знать, плохо будешь спать, — ответила Елена.
— Думаю, мне известно его имя, — заявила я. — Да, Елена, попали вы в переплет! А Стас ваш — наивный дурак, хоть о покойниках и не говорят плохо. Неужели он всерьез думал, что кто-то станет без причины заваривать такую кашу? Исключительно ради того, чтобы помочь Стасу получить место в компании?
— Не знаю. По-моему, у Стаса просто крышу снесло от желания высокой должности и достойного оклада, — высказала свое мнение Елена.
— Вот-вот. Другой причины и я не вижу. В противном случае Стас догадался бы, что его бессовестно используют, — заметила я.
