— И вы ей поверили? Поверили россказням какой-то истеричной бабы? — саркастически ухмыльнулся Андрей Евгеньевич.
— Мне не показалось, что она относится к категории истеричных особ, — спокойно заметила я. — К тому же она обещала предоставить неопровержимые доказательства своей правоты.
— Предоставила? — задал новый вопрос Андрей Евгеньевич.
— Пока нет. Она сказала, что ей нужен еще один день для того, чтобы забрать документы оттуда, где они хранятся. Мы встречаемся с ней сегодня в шесть вечера, — чувствуя, что хищник заглотил наживку, подсекла я.
— Тогда зачем вы здесь? — задал главный вопрос Андрей Евгеньевич, вопрос, которого я и ждала.
— Очень просто, — ответила я. — Дело в том, что фирмой теперь управляете вы. А я работаю не бесплатно. Мой заказчик умер, и я полагала, что вас, как нового босса, должны заинтересовать результаты расследования. Я рассчитываю продать их вам.
— Ах, вот оно что! — Андрей Евгеньевич вздохнул с явным облегчением. — Я рад, что с этим вопросом вы пришли именно ко мне. Я действительно заинтересован в получении подобных сведений. Цена вопроса?
— Обычная такса. Я беру двести долларов за сутки работы. До смерти Димы я потратила на сбор информации семь дней. Плюс пять дней расследования обстоятельств его смерти. Плюс два дня, потраченные на нового информатора. Итого выходит две восемьсот, — назвала я окончательную сумму.
— Дороговато, вы не находите? Возможно, ваш новый информатор подсунет вам пустышку. И за нее вы хотите содрать с меня три штуки баксов? Вы за дурака меня держите? — почувствовав себя совершенно свободно, осклабился Андрей Евгеньевич.
— Вовсе нет. Я просто хочу получить честно заработанные мной деньги. Вам может показаться это странным, но на эти деньги я живу, — невозмутимо ответила я.
— Предлагаю поступить следующим образом: вы встречаетесь со своей загадочной дамой, приносите документы мне, я их просматриваю и, если они того стоят, плачу вам пятьсот баксов за два дня работы. Оплачивать время, бесполезно потраченное на поиски несуществующего убийцы, я не собираюсь, — полагая вопрос решенным, заявил Андрей Евгеньевич.
— Тысяча, — снизила я ставку. — И это только в память о Диме.
— Ну хорошо. Будь по-вашему. Тысяча. И это тоже только в память о Диме, — засмеялся Андрей Евгеньевич.
Я сделала вид, что колеблюсь. В волнении я вертела телефон в руках. Незаметно для новоявленного босса я нажала кнопку, отправляя контрольное сообщение. Через несколько минут послышался робкий стук. В дверях показалась Людмила. В руках она держала пухлую папку.
— Я ухожу, — заявила она. — Напоследок хочу вам сказать, что сегодня вы профукали главную сделку в своей жизни. Удачи не желаю. Вам она больше не улыбнется.
Людмила развернулась, чтобы уйти. Андрей Евгеньевич подскочил с кресла.
— Что это за папка? Вы собираетесь унести из офиса документы? — закричал он.
— Это вам не принадлежит. Впрочем, как и фирме, — спокойно произнесла Людмила. — Это принадлежит моему бывшему боссу. Настоящему боссу.
После этого Людмила хлопнула дверью. Стук ее каблучков эхом разнесся по кабинету. Андрей Евгеньевич бросился вслед за секретаршей.
— Вы собираетесь преследовать ее? — вкрадчиво проговорила я. — Не лучше ли вызвать охрану? Пусть проверят, что находится в папке.
Андрей Евгеньевич остановился. С тоской глядя на дверь, он медленно вернулся на место.
— Пусть уходит. Не думаю, что она решилась бы забрать что-то действительно важное, — осипшим голосом проговорил Андрей Евгеньевич.
— Дело ваше, — беспечно заметила я и вернулась к своим проблемам: — Так мы с вами договорились?
— Что? Ах, вы об этом. Да, да, договорились. Как только документы будут у вас, сразу звоните, — рассеянно произнес Андрей Евгеньевич. — А сейчас, извините, много дел.
— Не буду вам мешать, — вставая, заявила я и поспешно удалилась.
Ни в приемной, ни в коридоре Людмилу я не встретила. Выйдя из здания, я поспешила к своей машине, припаркованной на углу улицы, подальше от любопытных глаз. Отключив сигнализацию, я заняла водительское место. Буквально через несколько секунд задняя дверка открылась, и в нее проскользнула Людмила. Дрожащими руками она бросила папку на сиденье.
— Пригнитесь. Не хватало, чтобы он увидел нас вместе, — прошептала я, наблюдая за входом.
Мы сидели в полной тишине. Ни я, ни Людмила не имели никакого желания вести светскую беседу. Мы ждали, что предпримет Андрей Евгеньевич. По моим расчетам, он должен был позвонить Людмиле не позднее чем через пятнадцать минут. Это время я давала ему на то, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию. Ему понадобилось несколько больше времени. Звонок прозвенел только через полчаса. Резкий звонок заставил Людмилу вздрогнуть. Взглянув на дисплей, она пропищала тонким голосом:
— Похоже, клюнул.
— Прекрасно. Вы все помните? — спросила я. — Только лишнего не наговорите. Придерживайтесь плана, и все будет хорошо.
Прижав трубку к уху, Людмила включила громкую связь и заговорила:
— Слушаю. Кто это?
— Людмила? Это Андрей Евгеньевич. Не узнали? — послышалось в салоне.
