Тобиас равнодушно оглядывал результаты трудов рабыни. Прошло две недели после того, как выяснилось, что каро могла бы стать магом — свободной и уважаемой в Империи и бесконечно презираемой для своего народа. С тех пор Тобиас не пытался заговаривать с ней — только давал указания, когда та поправилась и снова жила вместе с другими рабами. Он был обижен за то, что рабыня так легко отвергла тот дар, что они ей предлагали. Он не понимал, как та могла предпочесть клеймо раба и унижение свободе и влиянию. Помимо того, постоянно вспоминался ночной разговор, когда Тобиас выяснил, что на самом деле думает о нем каро. Сьерра тоже молчала — однако Тобиас часто ощущал на себе ее взгляд, но, стоило ему обернуться, та уже не глядела на него.
— Хорошо, — медленно произнес Тобиас, и это слово камнем упало в тишине его кабинета. Библиотека была в идеальном порядке, перед ним лежали свитки с классифицированным перечнем всех книг. Сьерра стояла, не шелохнувшись и уперев взгляд в пол. Ждала приказаний. Несколько лет — и она могла бы не подчиниться любому решению самого Наместника, ведь маги слушались только своего Совета и Императора. А эта покорно ждала, готовая терпеть все, что угодно, только бы не осквернить себя магией. Все ли, что угодно? Тобиас вдруг задумался, что бы выбрала каро, если бы ее заставили ехать с гостем или постигать магию. Было бы слишком жестоко ставить ее перед выбором, но рано или поздно такой вопрос возникнет сам собой. — Возьми чистую бумагу. Перепишешь эту книгу.
Он вручил ей книгу, которой не было в его библиотеке — он принес ее с собой. «Основы магического искусства. Теория».
Сьерра застыла, глядя на обложку.
— Я… не могу, мой господин.
— Что значит, ты не можешь? — резко спросил Тобиас.
— Прошу вас, — Сьерра положила книгу на стол, как если бы она жгла ей руки, — прикажите мне переписывать любую другую книгу.
— Смеешь отказываться, рабыня? — накопленное раздражение вылилось в угрожающий тон. — Забыла, чем тебе приходилось заниматься прежде?
Каро дернулась, как от удара плетью. Тобиас тут же пожалел о сказанном, но слов было не вернуть.
— Так верните меня обратно, — приглушенно ответила каро.
Тобиас несколько раз глубоко вдохнул, глядя на упрямо сдвинутые брови и дрогнувшие на миг губы. В два шага преодолел расстояние между ними, взял ее лицо обеими руками и заглянул в глаза, отливающие бронзой.
— Сьерра, — как можно мягче сказал он. — Ты понимаешь, что скоро я женюсь, и тебя вернут к твоей прежней жизни?
Ее глаза подозрительно заблестели, и Тобиас выпустил ее. Та тут же отступила от него на шаг, низко склонив голову. Отросшие пряди упали на лицо. Тобиас устало вздохнул.
— Тебе осталось лишь две недели спокойной жизни. За это время ты должна переписать книгу. Больше заданий у меня к тебе не будет.
— Я не могу, мой господин, — глухо произнесла каро, и Тобиасу померещилось всхлипывание. Только слез не хватало.
— Я не заставляю тебя заниматься магией. Просто перепиши эту книгу. Этим ты не осквернишь себя, — Тобиас говорил спокойно, и на это спокойствие уходила вся его выдержка. Больше всего сейчас ему хотелось подлететь к каро, схватить ее за плечи, трясти так, чтобы болталась ее голова, и в просторечной манере высказывать все то, что он сейчас думал о ней и глупой бессмысленной гордости ее народа.
— Вы не понимаете, — голос ее дрожал так же, как и ее губы.
— Да, я не понимаю! Не понимаю твоего упрямства, — Тобиас ударил кулаком по столу рядом с книгой, заставив Сьерру вздрогнуть, и пробормотал: — Боги, смилостивитесь надо мной, чтобы я не прикончил эту тупицу прямо сейчас. Тебе доступно понятие благодарность? Или этому не учит твоя религия?
— Я… благодарна вам, мой господин, — она снова всхлипнула, и Тобиас теперь был уверен, что та действительно плачет там, за занавесом своих отливающих бронзой волос.
— Тогда выполни мою просьбу, и я буду бесконечно счастлив.
Он взял каро за руку, подвел к столу, и прижал ее ладонь к кожаной обложке книги. Та попыталась вырваться, но Тобиас держал крепко.
— Видишь, ты не умерла. Небо не упало на землю, — Тобиас открыл книгу, и провел рукой Сьерры по шершавым пожелтевшим страницам. Та отворачивалась, чтобы не видеть написанного. — Это всего лишь книга. Это даже не практика магии, только теория. Ты не узнаешь из нее, как пользоваться своей силой. В ней написано, как устроен мир, природа, звери и люди, почему в ком-то есть сила, а в других нет. Ее читают даже те, кто никогда не смог бы стать магом.
Тобиас говорил медленно и мягко, чтобы унять истерику, в которую готова был кануть рабыня. Ему это удалось.
— Вы хотели этого, да? — почти шепотом спросила Сьерра, когда перестала вырываться и затихла, глядя на книгу.
— Хотел чего?
— Учиться магии. Стать одним из них.
