Спустя два изматывающих дня перехода, когда ветер не утихал ни на минуту, кидая в лица колючий снег, они добрались до Норда. Город был в плачевном состоянии. И если днем, едва держась на ногах от усталости, голода и простуды, солдаты питали какие-то надежды на восстановление сил в городе, то надежды их оказались напрасны. Унна практически снесла город с лица Имперской земли. По закопченным от пожара коридорам Нордского дворца гулял пронизывающий ветер, из разбитых окон виднелись черные остовы домов. Еды не было; уцелевшие жители вместе с гарнизоном ютились прямо во дворце и немногочисленных каменных казармах. Тобиас пытался побороть норовившую вернуться простуду и старался не думать, что готовит им Таридский край, до которого — о всемогущие боги — еще три, а то и четыре, если вновь поднимется метель, дня пути.
Тобиас отдал распоряжение выбрать место для общей могилы для недошедших до Норда солдат, коротко переговорил с Аулусом и вскочил на шатающегося от усталости коня, чтобы вместе с Нордским Наместником и двумя магами отправиться к разрушенной башне. Им во что бы то ни стало нужно попытаться восстановить порталы.
— Поедешь со мной? — спросил Тобиас у Сьерры, которая тоже влез на лошадь.
— Я кое-что знаю о порталах.
Тобиас внимательно поглядел на каро, и она спрятал взгляд. Знает. Тобиас никогда не забудет ночь, когда он выбивал из нее эти знания в Криадских темницах.
Занесенные снегом тела лежали прямо на улицах — люди были в настолько бедственном положении, что не хватало сил даже на то, чтобы собрать всех в братскую могилу. Они проехали сквозь город к башне. Все силы Тобиаса уходили на то, чтобы просто не опустить руки, поддавшись отчаянию.
Его спутники подтвердили то, что сказал нордский маг — порталы восстановлению не поддавались. Сьерра тоже не смогла добавить ничего нового.
— Возвращаемся в лагерь. На рассвете пойдем к Тариду.
— Сьерра? — Тобиас нашел каро у границы лагеря. она глядела на город, и когда Тобиас осветил ее лицо факелом, заметил замерзшие дорожки слез на ее щеках. — Ты давно здесь? Идем в палатку!
Каро не двинулась.
— Империя сделала то же с моим народом, — разобрал Тобиас ее бормотание. — Амориас сжег мой город, убил мою семью, пленил моих друзей. А что делаю я? Помогаю ему? — она судорожно втянула ледяной воздух.
— Не время думать об этом, — Тобиас плотнее натянул на нее капюшон и развернул лицом к лагерю. — Идем, — он подтолкнул ее вперед, но каро развернулась и схватила его за рукав.
— Я ничего ему не должна. И вы не должны. Тобиас…
— Лучше не продолжай, — осек ее Тобиас.
— Тобиас…
— Замолчи, — Тобиас схватил ее за плечо и потащил к лагерю.
— Мы проиграем!
Отчаянный крик унес порыв ветра, и Тобиас взмолился всем богам, чтобы он был единственный, кто его услышал.
— Вас убьют или сделают рабом! Умоляю вас…
Тобиас заткнул ее поцелуем, хотя велико было желание как следует ее встряхнуть.
— Успокойся, — сказал он и прижал ее к груди. — Этого не случится. Мы выпнем Унну из столицы и вернемся в Криаду. Слышишь?
— Неправда. Вы сами не верите, — пробормотала Сьерра. — Тобиас…
— Ты не единственная, кому страшно! — оборвал ее Тобиас. — Уймись. Я не сбегу, Сьерра. Никогда. Ни за что.
Сьерра глотала слезы, молча глядя в сторону редких огней разрушенного города.
— Ты совсем закоченела. Идем в палатку.
— Вы не представляете, что это такое, — всхлипнула она. — А я представляю. Когда твой отец лежит в луже крови. Когда твою сестру насилует и убивает какой-то варвар. Когда ты голая закована в цепи рядом с друзьями. Если вас схватят…
— Перестань! — Тобиас схватил ее за воротник одной рукой, подавляя желание бросить факел в снег и как следует ее встряхнуть. — Сейчас совсем не время!
Он отпустил ее, и каро осела в снег, закрыв лицо ладонями. Тобиас потянул ее за капюшон, пытаясь поставить на ноги. Ничего не вышло, и он с руганью затушил факел.
— Пошли, — прошипел он и потащил рыдающую каро к лагерю. — Ты не была готова к походу. Надо было оставить тебя в Лидоране. О чем я только думал?!
Каро споткнулась и упала на колени. Подниматься она снова не стала, и Тобиас рывком поставил ее на ноги.
— Сьерра, хватит меня мучить! — он все же принялся трясти ее. — Хватит! Хватит! Хватит! — он встряхивал ее при каждом слове, пока с нее не свалился капюшон. Резко натянув капюшон обратно ей на голову, он потащил ее дальше.
— Миррин? — он с трудом нашел нужную палатку и потряс спящего целителя. — Сделайте что-нибудь, — указал он на судорожно всхлипывающую девчонку, когда они выбрались наружу.
— Что вы с ней сделали? — набросился на него целитель.
— Я?! Спросите, что она со мной делает! — Тобиас резко развернулся и ушел.
Да когда это все кончится?!
Сьерра молчала и избегала его взгляда. Ее лицо было опухшим, покрасневшая кожа на щеках и губах шелушилась. Она не воспользовалась мазью, и Тобиас решил, что она у нее закончилась. Он молча сунул ей в руки свою коробочку, оттеснил от лошади и сам затянул ремни.
— Девочки поругались? — скривился Критос, когда Тобиас подошел к их лошадям.
— Заткнись, — бросил Тобиас и вскочил в седло.
