— Брок Сириус Блэк, — с ответной ухмылкой назвал свое новое имя бывший Рамлоу.
— Чтобы проверить ваши слова, и не иметь в них ни капли сомнений, предлагаю вам принять Веритасерум, — сказал министр.
И тут в двери вошел еще один представитель магического общества, увидев которого синхронно скривились почти все присутствующие, ведь очень многим он успел оттоптать парочку-другую особенных и нежно-любимых мозолей.
— Лорд Блэк, будьте любезны отпустить мистера Скримджера. Я, как ваш семейный адвокат, могу уверить вас, что мы быстро разберемся с этим небольшим недоразумением.
Брок выпустил своего пленника из захвата и вернул ему палочку. Скримджер отсалютовал Броку и отошел к своим аврорам, решив издалека понаблюдать за разворачивающимся действом, становившимся все интереснее и интереснее. Увидеть своим глазами, как новоиспеченный лорд и акула среди адвокатов магической Британии мистер Спенсер тонким слоем размазывают министра и главу Визенгамота, было редким удовольствием, которое он ни за что не хотел бы пропустить.
— Вот и прекрасно. Позвольте представиться — Бартоломью Спенсер, адвокат семьи Блэк, — Спенсер протянул в приветствии ладонь.
— Брок Сириус Блэк, — Брок пожал адвокату руку и тот с улыбкой голодного крокодила обернулся к министру.
— На каком основании вы, министр Фадж, хотели допрашивать лорда Блэк под воздействием Веритасерума?
— Видите ли, — заюлил тот, — из Азкабана совершил побег тот самый Сириус Блэк, — начал юлить министр, — и мы бы хотели узнать у него, — Фадж кивнул в сторону Брока и продолжил, — о том, где скрывается этот опасный преступник.
— По закону принятому в 1759 году… — начал было Спенсер, но был перебит Дамблдором:
— Давайте пройдем в мой кабинет, где и решим все вопросы. Тем более что мальчикам, — он кивнул на Гарри и Рона, что так и стояли за спиной непонятно откуда взявшегося Блэка, — давно пора быть в своих постелях.
— Нет! — Гарри клещом вцепился в ремни бронежилета, что так и был на Броке. — Не пойду.
— Никто тебя и не отпустит, — успокоил его Брок, прижимая за плечи к себе, — тем более, у меня нет доверия к персоналу Хогвартса. Знаете, где я оказался, когда меня притянуло к попавшему в опасность крестнику? В подземельях! А какой-то мужик, который, как выяснилось, является профессором ЗОТИ, в этот момент угрожал и Гарри и мистеру Уизли Обливейтом. Так что мой крестник останется со мной… на неопределенно долгое время.
— А можно подробнее? — заинтересованно протянул Скримджер.
— Можно, но в более удобном месте, — кивнул Брок.
Скримджер отправил всех вызванных по тревоге авроров обратно, и они теплой и тесной компанией отправились в кабинет директора.
Дамблдор с огромным трудом удерживал благостное выражение на лице. Внутри же он кипел гневом. Только он сумел вписать наскоро Сириуса в свои планы, которые с его побегом заиграли новыми красками, как снова все поменялось. Еще и Локхарт учудил неизвестно что. И Гарри клещом вцепился в этого непонятно откуда взявшегося Блэка. И тетрадка теперь неизвестно где. И с василиском непонятно что. Сплошные проблемы, а ведь на бумаге план выглядел так гладко!
***7***
В дом на Гриммо Брок вернулся не один. Он скандалом и угрозами все же забрал крестника из Хогвартса, не желая оставлять пацана во власти Дамблдора. А так как дело было уже едва ли не под утро, Брок просто отправил Гарри спать, вверив его заботам домовика. Да и сам отправился в спальню, запретив себя будить категорически. Пусть хоть камни с неба, но пока он не отдохнет, а потом не приведет в порядок срочные дела, Блэк-хаус будет закрыт для любых посетителей.
А вот у Дамблдора отдых наоборот откладывался на неопределенный срок, а все из-за того, что кое-кто слишком внимательный успел заглянуть в больничном крыле за ширмы, скрывающие от любопытных глаз окаменевших детей. Новый лорд Блэк забрал Гарри Поттера и отбыл, гневно взметнув в камине зеленое пламя, а Скримджер, ласково улыбаясь, спросил, притормозив уже направившегося вслед за Блэком к камину министра:
— Скажите, мистер Дамблдор, а что это за дети лежат в больничном крыле в странных позах?
— Какие дети? — встрепенулся Фадж и, слегка смешавшись, продолжил. — Что за к-хм… позы?
— Министр, — укоризненно глянул на него глава Аврората, — ничего криминального в позах нет. Они, как статуи. Не дышат, не моргают. Так кто эти дети, директор? — продолжил он, сверля взглядом Дамблдора.
— Это дети… Дети, которые. Они попали под окаменяющее заклятие, да! — нашелся Дамблдор. — Ну, не буду вас задерживать…
Но Скримджер был, как говорится, стреляный воробей и таким расплывчатым ответом не удовлетворился.
— И что, во всей школе не нашлось мага, который может наколдовать «Финиту»? Ебанулись вы тут все, что ли.
— Дело в том, что… эм-м-м-м…
— Дело в том, — в кабинет директора незваный и нежданный влетел декан Слизерина и, неприятно усмехнувшись Дамблдору, продолжил, — дело в том, что это было совсем не заклятие. Дети попали или под взгляд василиска, что почти нереально, как вы понимаете, или были прокляты чем-то сложным, но совсем не Ступефаем, что очевидно.