— В Британии все это незаконно! Мунго не будет оказывать услуги с помощью темной магии, — Министр прошелся по кабинету, кипя праведным гневом. Столько лет Дамблдор, он сам и его предшественники боролись со скверной, и вдруг какой-то выскочка… Да он даже не англичанин!
— Вы забываетесь, Фадж, — Сметвик поднялся с кресла и навис всем своим богатырским телосложением над щуплым, невысоким министром, — Мунго не бордель! Мы не оказываем услуги, мы спасаем жизни. И если нам наконец-то развяжут руки, то будем это делать гораздо эффективнее.
— Темной магией?! — Фадж взвизгнул и поспешно отошел от Гиппократа, который смотрел на него так, что поджилки тряслись.
— Мало того, — продолжил Сметвик, — от имени своего деда имею честь заявить, что наш род присоединится к требованиям лорда Блэк.
— Да вы!.. Да я!.. Да как?!.. — от возмущения министр не мог подобрать слов.
— Скримджеры поддержат, — добавил глава Аврората, которого заебало смотреть на своих авроров, схвативших шальное проклятие, которое светлыми заклинаниями было не снять, и добавил, — и весь Аврорат поддержит.
— Но Дамблдор… Я созову совет лордов, — Фадж думал, что нашел средство давления на упрямцев, но, увидев две довольные улыбки, понял, что кворум будет точно не в его пользу.
— И, кстати, — добавил Скримджер, улыбаясь так, что Фадж вдруг со всей ясностью осознал, что новость его добьет, — я слышал, что в обществе уже начала собираться коалиция в поддержку Блэка, думаю, что его затея найдет поддержку у многих влиятельных родов.
Имя Малфоя названо не было, как и имена остальных желающих изменить систему, но озвучивать их и нужды не было. Уж Фадж-то поименно знал всех «благотворителей», что наполняли казну в добровольно-принудительном порядке. Он постоял у окна, анализируя неприятные новости, взял себя в руки и, обернувшись, спросил:
— Что вы предлагаете?
Менять министра ни у одной из сторон в данный момент времени желания не было. Он устраивал и темных, и светлых, и неопределившихся, поэтому Сметвик, наученный дедом, сказал:
— Вам, министр, стоит поддержать начинания Блэка. Он ведь не требует… Он, пока, ничего не требует. Да и остальные тоже. Стоит проявить инициативу и смягчить законы о применении темной магии.
— А еще перестать слушать Дамблдора с его любовью к маглорожденным. В угоду им мы лишились слишком многого, — добавил Скримджер.
Все это Фадж знал. Как знал и о том, что, например, авроры уходили на пенсию по инвалидности только из-за того, что нельзя было варить зелья на крови, нельзя было проводить ритуалы, нельзя было снимать проклятия. В принципе он понимал, что делить магию по цветам — глупость. Убить можно и Левиосой, хоть это и светлое заклинание, а Адским Пламенем выжечь инфери или магическую заразу на большой площади. Но, Мерлин помоги, как же было страшно отпустить вожжи. Ему представлялось, что толпы желающих тут же побегут творить страшное с помощью темной магии. Естественно, это было совсем не так. И простому обывателю не было дела до всего этого. С другой стороны отследить каждую палочку в магической Британии было физически невозможно. Это ученики Хогвартса были все поголовно с палочками от Олливандера, а старые рода в своих запасах каких только концентраторов не хранили. Уж на эти творения министерский учет поставить было точно нельзя. Вот и получалось, что так называемой темной магией не пользовались ученики, маглорожденные выпускники, министерство, Мунго и Аврорат. Что творили в закрытых манорах представители древних родов — тайна за семью печатями. Министр тяжело вздохнул. Ладно, они, в принципе, могут смягчить законы, но вернет ли это деньги? Вот этот вопрос интересовал Фаджа гораздо больше.
*Серван — домовой дух в северной Италии. Пакостник с мерзким характером, который будет служить людям лишь после того, как его переупрямят.
***25***
Рано утром к Броку в открытое окно спальни залетел огромный иссиня-черный ворон, скинул конверт, хрипло и как-то насмешливо каркнул и улетел, сделав круг над Блэкхоллом, удивляя жителей размахом крыльев.
— Нахуй, — Брок, наблюдавший за этим действом из постели, повернулся на другой бок, прикрыл лицо ладонью и хотел уже уснуть, но… Конверт будто манил его. Догадаться, кто отправитель, было несложно, а вот новости или новые задания получить не хотелось. Но ведь он манил, сука. Манил! Интересно, а сирены в этом мире есть?
— Без оплаты работать не буду, — сказал Брок куда-то вверх, и ему показалось, что он услышал смех в ответ. Он встал, подобрал конверт с пола, открыл его и вытащил письмо, написанное на тонком пергаменте.
«Брок.
Кстати, мне понравилось, что ты сохранил свое имя.
Брок, я понимаю, что у нас с тобой был уговор на определенную работу, к исполнению которой у меня нет претензий. Дамблдор дискредитирован, и история хоть и со скрипом, если не идет в другом направлении, то лежит в нем. Осталось приложить совсем немного усилий, и у тебя всё получится.