— Нет, конечно, — фыркнул Джонас. — Буду я еще водиться со всякими бедняками. Так, покупал у него недавно шоколад. Редко встретишь столь глупого и наглого мальчишку, даже среди голодранцев, — бросил он, с неудовольствием отмечая, что своим появлением этот паренек произвел куда больший фурор, нежели он сам.
— Прошу прощения, — он поклонился в забавной шутовской манере и выкатил из-за спины позолоченную тележку, на которой возвышался огромный шоколадный торт, украшенный сверкающей золотистой волшебной пыльцой, ослепительными, голубоватыми слезами русалок и белоснежными сливками.
Должно быть, тетке нужно поблагодарить мальца и бросить несколько золотых, ибо только что мальчишка спас ее от грозившего подорвать ее репутацию позора.
Хотя, какая там репутация! Все и так были знакомы с причудами Ари.
— Ням-ням! — облизнулся Анхель. — Извини, друг, ты мне, конечно, дорог, но шоколадный торт… о, Владыка, еще и со сливками… да, однозначно, дороже.
Джонас проводил поспешившего пересесть поближе к торту друга хмурым взглядом. Предатель. Бросился за куском торта, словно это был настоящий золотой слиток. Мда, бедная студенческая жизнь, вероятно, кого угодно может превратить в изголодавшееся существо.
Джонас с видимым превосходством рассматривал мальчишку, когда тот старательно резал для него кусок аппетитного торта. К его неудовольствию, кусочек выглядел совсем крошечным. Он так долго ждал, когда паршивец соизволит довезти свою телегу до его диванчика, а получил крошку?
Месть?
Всем своим видом этот парнишка показывал, что не помнит Джонаса, но краем глаза он все же заметил, что подмастерье его узнал. В темных глазках промелькнули едва читаемые веселые искорки.
— Тебя что, резать вообще не учили? — поинтересовался Джонас в своей излюбленной насмешливой манере, предназначенной исключительно для бедняков. — Или ты косой? — нарочито участливо поинтересовался он. — Почему такой маленький, кривой кусочек?
Джонас с удовлетворением заметил, что теперь глаза мальчишки загорелись неприкрытым злым огоньком.
— Я отрежу Вам другой, — процедил тот сквозь зубы и принялся еще более старательно кромсать прекрасное кулинарное творение. Рядом уже слышался недовольный шепот.
— Какой-то нерасторопный малый, — фыркнула дама с огромным красным цветком на груди.
— Куда смотрят хозяева, набирая столь отвратительных работников, — пожаловалась Ариадна и нарочито капризно надула свои тонкие губы.
— Пожалуйста, господин, — мальчик протянул ему небольшую фарфоровую тарелочку, по краям которой располагался симпатичный узор, напоминавший лебедей.
— Где салфетка? — продолжил издеваться Джонас. О, нет, этот подмастерье сегодня свое получит. Если мастер не может преподать урок своему наглому ученику, это сделает он. Да-да, потратит свое драгоценное время на чумазое нечто. — Ты же знаешь, что вместе с десертом подают и салфетки, неряшка?
Правда, стоило признать, что мальчишка сегодня совсем не выглядел «чумазым неряшкой». Напротив, поглаженная, выбеленная рубашечка, недорогой, но чистый и аккуратный костюмчик — его вырядили, словно именинника, виновника торжества. Джонасу эту ужасно не понравилось.
— Что такое? — наконец, не выдержала Ариадна и решила вмешаться в процесс. Она не любила, когда разговоры вели без ее участия.
— Я… сейчас… — мальчик не на шутку растерялся.
— У мальчишки нет салфеток. Он принес нам тесто и думает, что мы, подобно нищим, невоспитанным оборванцам, набросимся на жалкое творение и поглотим целиком. Так, неряшка? — требовательно произнес молодой человек.
Пора было заканчивать спектакль. Ему ужасно хотелось попробовать сливочный соус, смешанный со спелыми ягодами…
Джонас театрально вздохнул и хотел было отпустить мальчишку, но глаза того внезапно стали походить на два огромных блюдца. Тот нелепо взмахнул своими длинными конечностями и повалился прямо на Джонаса… уволакивая за собой злосчастный торт.
Джонас не успел даже вскрикнуть. В следующий миг взор его покрывала белоснежная пелена, а язык нащупал приятный сливочный вкус крема.
Он медленно стер с лица густую сладкую массу и, находясь в полнейшем оцепенении, оглядел всех вокруг. Толпа замерла. Казалось, что и само время остановилось.
— Я… это ничего, господин, я сейчас… — писк откуда-то справа буквально вырвал его из задумчивого шокового состояния.
Джонас медленно повернулся к виновнику своего внезапного фиаско. Со стороны послышались громкие смешки и издевки. Гости уже не сдерживались и вовсю хохотали. Анхель покачал головой, пытаясь скрыть улыбку за кашлем. Ариадна нервно переминалась и поправляла очки.
— Ты! — ткнул он в Луку пальцем. — Неряшка, с сегодняшнего дня я лично прослежу, чтобы даже твоего следа не было в кондитерской! Вообще, ни в одном приличном заведении, мелкий ты уродец! — он схватил мальчишку за грудки и тряхнул его так, словно тот был безвольной тряпичной куклой.
Мальчишка виновато поджал губы, но глаза его, веселые, светло-ореховые глазки… Там плескалось настоящее веселье! Несомненно, он издевался над ним, это было заметно и невооруженным взглядом.
