Матильда постоянно прикладывала платочек к глазам, белоснежный шелк перемазался ярко розовой помадой и густой черной тушью, но лучшая подруга невесты этого не замечала и растирала мокрые черно-розовые круги по пухлым щекам.
Престарелый граф делла Ланте-Сальвиани гордо смотрел на дочь. Он ничего не имел против ее первого мужа-карабинера и внук вырос таким, что дед им гордился. Но сейчас, поднявшись по ступени вверх по аристократической лестнице, да еще и венчаясь в базилике Святого Франциска, его дочь достигла всего, что хотел бы для нее старый дворянин.
Гости одобрительно кивали головами, жених и невеста с перепугу перепутали слова клятвы и чуть не уронили кольца, поданные важным юным пажом из дальних родственников. В общем, без сомнения это была свадьба по любви!
При выходе из базилики немолодых молодоженов приветствовала восторженная толпа зевак.
— Оказывается, и в этом возрасте возможно счастье, — шептали кумушки и с любовью поглядывали на своих половин, важно расправивших плечи.
Матильда взметнулась как огромный экзотический цветок, вернее, как бегемот, сидящий в огромном экзотическом цветке. Казалось, она даже чуть взлетела, когда Аделе швырнула свой изящный букетик роз — цветов, чьи шипы исчезли, чтобы не поранить Святого Франциска.
Саша, погруженная в свои мысли, машинально схватила в руки что-то, летящее прямо в нее. Подняла глаза от букетика в руках и встретилась глазами с Аделе. А графиня… простите, теперь маркиза! — ей подмигнула.
Аделе? Подмигнула? Саша решила, что ей показалось, шагнула назад, тут же врезалась в кого-то, обернулась, чтобы извиниться, и открыла рот. На нее, улыбаясь, смотрел Лапо.
Саша всегда думала, что подготовка к свадьбе- самое прекрасное и романтичное событие в жизни любой девушки. Но все оказалось совсем не так. Хотелось запомнить каждый миг, а вместо этого события пролетали на огромной скорости, то ли от волнения, то с перепугу вспыхивали и таяли в памяти, когда она пыталась вспомнить счастливые мгновения в деталях.
Вот Лапо улыбается, открывает коробочку с кольцом, она, прижимая к себе букет Аделе, ахает, и не знает, что сказать, потом бросается ему на шею… а потом… этот короткий, сумбурный, непонятный и такой прекрасный момент быстро закончился и начались проблемы, которые, казалось бы, не разрешить.
Согласившись выйти замуж за Лапо, Саша бросилась в омут с головой, не позволяя себе ни минуты сомнений. Она хотела быть вместе с этим мужчиной, никогда и ни с кем ей не было так комфортно, ни к кому она не испытывала таких чувств, заставлявших сердце трепетать, безумно скучать вдалеке. Ей хотелось разделить с Лапо всю жизнь. А с проблемами они справятся.
Но она была совсем не готова к тому, что ждало впереди.
— Я хочу очень скромную свадьбу. Мне даже пригласить некого!
— Саша, я прекрасно понимаю, что у нас разные конфессии и не будет венчания в церкви. Но принцы Орсини не могут жениться тихо, никому не сказав. И потом, что значит — некого?
— Ну, Соню с мужем, конечно. Родителей моих давно нет, близких друзей, которые в наше время полетели бы ко мне на свадьбу в Италию, тоже нет. Так что… только Соня, самая лучшая, самая близкая подруга.
— Нет, дорогая, давай считать! Граф Роберто?
— Конечно!
— Фиона?
— Обязательно!
— Симона с мужем?
— Да! И Джованна с мужем, и оба ее сына…
— Аделе делла Ланте с маркизом Клаудио?
— Ты еще спрашиваешь! И герцогиня Челесте… И Никколо, и Лука. И Лис, обязательно Карло Бальери, с… супругой, конечно!
Вот так они считали и насчитали до того, что с Сашиной стороны гостей оказывалось едва ли не больше, а порой они были родовитее, чем со стороны принца Орсини.
Внутри все холодело, ноги становились ватными… это нереально, это же… безумные деньги!
Лапо ее страхи абсолютно не впечатлили.
— Уж поверь, свою свадьбу я потяну!
Граф Роберто предложил разместить часть гостей в замке, в качестве свадебного подарка. Остальным хватило бы места на вилле. Невесту, которой не подобало видеться до свадьбы с женихом, собиралась забрать к себе Фиона.
Но тут возникли новые проблемы.
Во-первых, фамилия. Сашину фамилию Емельянова не мог выговорить ни один итальянец. А так как женщина в Италии не берет фамилию мужа, а оставляет свою, девушка не представляла, что с этим делать. Ну не способен итальянский артикуляционный аппарат выговорить сочетание букв Е и М, что тут поделаешь!
Даже Лапо, как не пытался, так и не научился произносить правильно. В конце концов предложил:
— А давай говорить только вторую часть?
— Как это?
— Ну, смотри: эммм… ейммм… а если просто — Мелианова?
— Так это не моя фамилия! Как я могу стать Мелиановой? О, придумала, есть же регион Эмилия-Романья!
— И что?
— А то! Выговариваете же?
Так и превратилась Саша из Емельяновой в Эмилианову. Собственно, Емельян и есть Эмилиан, но она подозревала, что и в документах так напишут!
— Объясни, как это — Емельянова, не Орсини, но при этом принцесса Орсини?
