– Наверное, – с этими словами леди Хардкасл пересекла лестничную площадку. – Там практически ничего нет. Женская одежда, которой хватит на двоих, хотя использовалась всего одна кровать. Во всем остальном комната абсолютно стерильна. А что у тебя…
Я показала ей хьюмидор.
– Какой сюрприз, – сказала миледи. – А что в шкафу?
Я открыла дверь и заглянула внутрь. Там висели два костюма разных размеров, шляпа и два парика.
– Пара костюмов, – сказала я, – и пара париков.
– Пара чего?
– Посмотрите сами, – я отошла от двери.
– Я бы сказала, что это неожиданно, но вокруг столько сюрпризов, что они становятся ожидаемыми.
– Что-то вы совсем зарапортовались, миледи, – заметила я.
– Да, дорогая, я много говорю, поэтому не надо расценивать каждую мою фразу как откровение гения… А что там?
Я подошла к прикроватной тумбочке, на которую она указывала. На ней стояла баночка с этикеткой «Порошок из рыбы-собаки производства мадам Тибоди», небольшая бутылочка с этикеткой «Цианистый калий» и пустой шприц с иглой для подкожных инъекций.
– Ничего хорошего, – ответила я и подняла баночку с порошком, чтобы рассмотреть бумаги, на которых она стояла. – Хотя вот это довольно интересно.
Миледи присоединилась ко мне, и мы вместе просмотрели документы.
Наше чтение прервал звук приближающегося мотора.
– Черт побери! – воскликнула леди Хардкасл. – Пора прятаться. Положи все на место и пошли в другую спальню. Там в шкафу хватит места нам двоим – он гораздо больше, чем этот.
В считаные секунды я разложила все по своим местам, и мы молча втиснулись в почти пустой шкаф.
И стали ждать.
Так как в доме не было ни портьер, ни ковров, которые обычно приглушают звуки, нам, в нашем тесном убежище, все было прекрасно слышно. Захлопнулись двери фургона, и мы услышали веселый разговор двух мужчин. Кто-то из них открыл висячий замок.
Когда они вошли, их ботинки загремели по каменному полу. Говорили они без перерыва. Что-то в их голосах показалось мне знакомым, но я так и не смогла определить, что именно.
– Я буду рад, когда все это закончится, – произнес голос № 1. – В жизни мне приходилось останавливаться в разных дырах, но везде была горничная и свежезаваренный чай. А это место не предназначено для проживания человека.
– Сегодня все закончится, – успокоил его голос № 2. – Еще одно представление, и мы можем сматывать удочки.
– По мне, так чем скорее, тем лучше, – сказал голос № 1.
– А длина шнура достаточна?
– Понятия не имею, приятель. Не забудь мешок – в нем все его шмотки.
После этого они, под аккомпанемент глухих звуков и тяжелых ударов, вынесли что-то из дома. Двери фургона вновь открылись – и через какое-то время снова закрылись. Мужчины вернулись в гостиную.
– А где это, как его? – спросил голос № 2.
– Лекарство? – хихикнул голос № 1.
– Брось свои шуточки. Баночка. Никак не могу запомнить, как это называется.
– Наверху. «Сам» хотел, чтобы здесь до нее никто не дотрагивался. Я принесу.
Тяжелые шаги прогрохотали по лестнице – и мужчина вошел в соседнюю спальню.
– Нам больше ничего не нужно? – крикнул владелец башмаков. Звук его голоса раздался пугающе близко.
– Нет, больше ничего, – послышался глухой ответ. – Спускайся, времени нет. Нам еще надо все приготовить.
Башмаки прогрохотали вниз, и мужчины вышли из коттеджа, заперев за собой дверь. Мы подождали, пока двигатель мотора заработает, а затем вылезли из шкафа и наконец-то распрямились.
– Очень…
– Неожиданно, – закончила я за миледи. – Не правда ли?
Мы выбрались из коттеджа, повторив процедуру проникновения в него в обратном порядке – я выскользнула из кухонного окна и отперла замок на входной двери, а леди Хардкасл тем временем прикрыла окно и проверила, не оставили ли мы за собой каких-нибудь следов.
– Если все будет хорошо, – сказала хозяйка, пока я закрывала замок, – мы прижмем их к ногтю еще до конца ночи. Но на тот случай, если что-то пойдет не так, лучше всего оставить все как было, чтобы ничем не выдать себя. Хотя я вовсе не уверена, что они заметят какие-либо изменения. Если они будут сматывать удочки ночью, то просто соберут при свете свечи все, что смогут, и побросают в авто.
Мы вновь пошли через рощу и дальше вниз по полю.
– Если у них есть фургон, то они, наверное, не испытывают недостатка в средствах, – предположила я. – Если подумать – у кого может быть фургон? У нас далеко не бедные лавочники, но они все обходятся мальчишками на велосипедах, чтобы развозить заказы.
– И действительно, у кого? – повторила миледи. – У кого может быть фургон?
– У служащих морга, – неожиданно вспомнила я. – Они мотаются сюда на этом фургоне всю неделю. Другой фургон мы бы сразу заметили.
– Ты так считаешь?
– Конечно. Вы вспомните, какая толпа детишек собирается, когда мы выезжаем на «Ровере». Они еще дразнят вас «миссис Жаба». А теперь представьте себе, какой шум вызовет фургон!
– Но почему же тогда никто не обращает внимания на труповозку?
– Мне кажется, я узнала голоса. Десять к одному – это потому, что мы уже дважды общались с этими ребятами из морга.
– Это точно?
– Точнее не бывает.
– Ну, тогда…
