Свет луны сиял у него за спиной, затемняя черты его лица и звезды, мерцавшие в его глазах. Протянув руку за спину, он вытащил темный предмет и поднял его перед собой. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что это была блестящая черная скрипка. Я моргнула, глядя на него, чертовски хорошо понимая, что он никак не мог спрятать скрипку при себе — не в этих обтягивающих кожаных штанах. Но это был Баэль. Физика, казалось, никогда к нему не относилась.
— Если ты хочешь, чтобы я тебе помог,
Он начал играть на своей скрипке. Звуки были такими высокими, что разносились по болоту, как женский крик. Каждая нота была резкой и пронзительной. Звук дергал меня изнутри. Я сразу поняла, что он был знакомым. Во всяком случае, мелодия.
Я вспомнила тот день, когда умерла, проснувшись в своей спальне от мелодии, звенящей у меня в ушах. Должно быть, он увидел узнавание в моих глазах, потому что начал играть быстрее, делая медленные шаги назад.
Туман клубился над высокой травой у наших ног, а покрытые мхом деревья раскачивались, словно танцуя, в такт пению цикад. Краем глаза я уловила движение, и у меня перехватило дыхание от благоговения. Полупрозрачные, эфирные существа, населявшие эти болота, танцевали среди деревьев и медленно приближались, словно по зову музыки Баэля. Они кружились и скользили над туманным полом, плавая друг в друге и вокруг него, как какой-то призрачный шар.
Мои пальцы вцепились в скамейку, удерживая меня на месте, хотя каждая клеточка моего тела хотела встать и потанцевать с ними. Какой во всем этом был смысл? Неужели он думал, что меня так легко развлечь, что любая музыка и танцы убедят меня отказаться от своей жизни и стать призраком, как все остальные?
Я изучала эти потерянные души, испытывая смесь жалости и ревности. Каково было бы позволить себе забыть обо всем и исчезнуть, пока я не станцую рядом с ними, блаженная и бесстрашная? Сохранились ли у них воспоминания? Были ли они в сознании? Эта мысль ужаснула меня. Я не могла представить, что буду жить так целую вечность.
Но все на карнавале были такими реальными и живыми — в некотором смысле. Они не были похожи на этих танцующих духов. Они были пойманы в ловушку где-то между жизнью и смертью, в вечном чистилище по их собственному выбору.
Я не могла не задаться вопросом, что за человек выбрал бы такую жизнь. Музыка Баэля стала медленнее и заунывнее, чем раньше. Призрачные танцоры теперь кружили вокруг него, кружась все вокруг в головокружительном порыве.
Это был первый раз, когда я смогла разглядеть их вблизи, различить четкие черты их лиц. Они выглядели…нормально, насколько я могла судить. Обычные лица обычных людей, одетых в одежду почти всех эпох. Но выражения их лиц были приятными и мечтательными, легкие улыбки украшали их губы. Большинство из них держали глаза закрытыми, словно позволяя музыке полностью направлять их.
Холодок пробежал по мне, когда порыв ветра поднял туман вокруг моих лодыжек. Внезапно рядом со мной оказался Теодор.
— Тебе нравится представление? — Его рука была перекинута через спинку скамейки, а одна лодыжка небрежно перекинута через бедро.
Мне казалось, что мое сердце вот-вот вырвется из груди, и я не могла пошевелиться. Его лицо, освещенное лунным светом, было похоже на что-то из прекрасного ночного кошмара — скелет, светящийся под темной кожей.
— Вы, ребята, всегда доводите меня до небольшого сердечного приступа, когда просто появляетесь в таком виде, — выдохнула я, прижимая руку к груди.
Он тихо рассмеялся и сказал:
— Что ж, тогда хорошо, что ты уже мертва. — Несмотря на то, что я знала, что этот факт был правдой, ужас наполнил меня в сотый раз. — Тебе нечего бояться, Мори. Больше нет. Не для тебя. Сейчас это может быть невыносимо, но я обещаю, что ты полюбишь свою новую жизнь здесь.
— Мою новую жизнь? — Тупо повторила я. Неужели он думал, что я уже приняла решение?
— Конечно, — сказал он, пожимая плечами. — В конце концов, ты сделала выбор прийти сюда, так что это должно быть знаком.
— Я не помню, чтобы делала выбор, — огрызнулась я. Слова сорвались с моих губ прежде, чем я смогла их остановить. — Я думала, ты сказал, что у меня еще есть время выбрать? Ты лжешь? — У меня заканчивалось время? Собирались ли они принять это решение за меня? Я была в полной заднице.
— О боже. Я думал, ты поняла, — сказал Теодор, прищелкнув языком. — Это место открыто только для тех, кто выбирает его добровольно. — Протянув руку, он накрутил прядь моих волос на свой палец, украшенный кольцом. У меня перехватило дыхание от его близости, несмотря на мое раздражение.
— Почему кто-то выбрал это? Вечно жить как призрак? — Я смотрела, как они танцуют, понимая, что в то же время Баэль не сводил глаз с Теодора и меня, как будто мог слышать каждое произнесенное нами слово. Зная его, он, вероятно, мог бы.
