– Да, конечно! Фанфары!– Расхохотался Хасан и рявкнул громче прежнего:– Ты мне мозг не выноси! Жду!!!– Дал «отбой» и выругался:– Я вам устрою фанфары, мать вашу! Вы у меня еще попляшете!..– На экране телевизора бесновался известный сатирик.– Это истерика!– Сказал ему Хасан.– Мужик, у тебя истерика! Истерика во время чумы!..
Он не знал, сколько прошло времени между телефонным звонком и приездом Шпака. Час, два, может быть, три часа.
– Вот это номер, командир!– И зло и радостно рассмеялся Шпарак, увидев его состояние.– Значит, я был прав!– Он потряс возле уха литровой бутылкой.– Я всегда прав, когда дело касается расслабона…
– Нет!– Грозно выкрикнул Хасан.– Пить мы не будем! Пока не будем… Напьемся потом. После дела!
– После какого дела?– Насторожился Шпарак.
Хасан посмотрел на него мутными глазами и взял за отвороты пальто.
– А я тебе сейчас все расскажу!– Он потянул Шпарака на диван и, уже забыв о своих же словах, разлил по стаканам водку.– Братан, я должен ее спасти. Нет, мы должны ее спасти! Мы!!! Ты меня понимаешь?
– Нет,– Шпарак почувствовал холодок от озлобленного взгляда собутыльника.
– Ну правильно. И не должен понимать!– Ухмыльнулся Хасан.– Потому что ты ничего не знаешь! Ни!.. Че!.. Го!..
И он рассказал ему все о ночном незнакомце, о разговоре с Аней, о разговоре со следователем Потаповым. Все как на духу выложил. И вдогонку изложил план действий.
– Ты рехнулся?!– Шпарак побледнел от страха.– Я на такое не пойду!– Он схватил бутылку и налил стакан до краев.– Ты бредишь! Чтобы Иванов?! Да никогда не поверю… Иванов – маньяк… Ты чё вообще несешь-то?– Он залпом выпил.– Тебя же обманули, провели вокруг пальца! Лучше подумай, чего они от тебя хотят… Именно этого пиздеца они от тебя хотят!.. Нет, ты на меня даже не смотри, я на такое не подпишусь!
– Ну, и черт с тобой, Шпак!– Внезапно озлобился Хасан.– Сволочь!..
– А ты все-таки полегче!– Шпарак тоже сбычился, хотя в его взгляде сквозил страх.
– Вали отсюда!.. Мрази! Какие же вы мрази!
– Хан, ты лучше проспись,– уже миролюбиво пробормотал Шпарак.– Утро вечера мудреней. А утром я тебе позвоню, и мы обо всем поговорим на трезвую голову…
Он вороватым движением забрал со стола свою бутылку и, не спуская глаз с хозяина дома, проскользнул в прихожую.
– Да пошел ты,– процедил сквозь зубы Хасан.
Именно в этот момент он почувствовал себя непотребно пьяным, и именно в этот момент на него девятым валом накатило пьяное разочарование. Он снова плеснул в стакан водки и выпил залпом. Пьян он был до такой степени, что вместо телевизионного экрана видел бесформенное пятно. Продолжалось это недолго. Спустя минуту он завалился набок, уже не чувствуя, как проваливается в сумеречное сновидение.
– Хасан, это ты? Зачем все это, Хасан?!– Голос у прикованной к кроватной головке женщины дрогнул. Она попыталась сдернуть с глаз повязку, но у нее это снова не получилось.
– Аня, девочка моя! Хорошая моя! Наконец-то!
Она почувствовала лёгкое прикосновение к своим волосам. Почувствовала прохладную уличную свежесть, запах дорогого одеколона и аромат дорогого табака.
– Кто вы?! Вы – не Хасан! Но я вас кажется знаю…
– Аня,– к ее волосам снова прикоснулись.– Верь мне. Просто верь. Остальное поймешь позже.
– Но я знаю вас. Знаю. Что вам от меня нужно? Что?!– Ее голос снова дрогнул.
– Все будет хорошо, девочка моя. Теперь все будет хорошо.
– Снимите с меня повязку, снимите наручники,– попросила она.
– Хорошо,– после короткой паузы ответил похититель.– Повязку я уберу. Пока только повязку.
Аня снова почувствовала прикосновение его рук, глубоко вздохнула и открыла глаза. Но ее ждало разочарование, в комнате царила темнота. При всем желании она не могла различить сидевшего рядом с ней человека.
– Девочка моя, я так ждал этого часа,– он погладил ее по щеке.– Больше с тобой не случится ничего плохого.
– Да что же вам от меня нужно?!– Пленница внезапно выгнулась колесом и забилась всем телом. Только сейчас она поняла, что ноги у нее тоже скованы.
– Нет-нет! Прекрати! Прекрати сейчас же!– Услышала она и вновь почувствовала на своем лице его твердые пальцы. Он снова надел на нее повязку.
– Будь ты проклят!– Простонала она.– Будь ты проклят…– И в тот же миг она поняла, почему узнает этот красивый бархатный голос.– Кирилл Андреевич, это вы?!
– Да, Аня, это я,– отозвался похититель.
Услышав это, Аня оцепенела от животного ужаса, от невозможности происходящего с нею здесь и сейчас, и всего что говорил ей об Иванове Хасан
– Аня, у нас есть только два пути. Или ты успокоишься. Или я вколю тебе наркотик. Для твоего же блага, чтобы ты не навредила себе.
– Хорошо, Кирилл Андреевич,– пленница сглотнула комок, застрявший в горле.– Я успокоюсь, я уже успокоилась.
– Хорошо, дочка,– Иванов снова погладил ее по щеке.– Хорошо. Отдыхай. Я оставлю тебя ненадолго. И еще одно, Аня. Называй меня папой…
Он аккуратно притворил за собой дверь и улыбнулся.
– Господи,– прошептал беззвучно.– Спасибо тебе, Господи!
