Пролистав основные «тематические» файлы, я смотрел, как Лео и Райли между экспериментами дурачатся на камеру. На душе стало пусто.
– А, ты добрался до лондонских видео! – Боровский вернулся откуда-то, неся в руках пакет. – Я купил еды, можем быстро перекусить.
– Графики готовы. – Я переключил экран на данные и отошел от компа.
– Поройся в пакете, там есть лапша, мясо, картошка.
– Спасибо, позже.
Бросив взгляд на Ярослава, который тыкал в созданный мной интерфейс, заедая процесс лапшой, я оставил его одного и вышел на улицу.
Небо хмурилось, будто за меня планировало оплакать все несбывшиеся планы и надежды. Как ни крути, а вся жизнь стала переплетением неудачных событий, местами приправленных глупыми поступками. Вместо романтики дальних экспедиций я получил транквилизаторы и бесславные ежеутренние походы на ЛФК. Про личную жизнь вообще можно не вспоминать. Даже насчет руки – что бы я ни решил, буду жалеть об этом. Можно и не решать, а просто вытащить короткую спичку.
– Там надо формулу одну поправить, – Боровский высунул нос из-за двери. – Тут дождь! Ты простудиться хочешь?
– Иду, – ответил я, не оборачиваясь.
Справившись с накатившей на меня слабостью, вернулся в лабораторию. Про формулу мы даже поспорили, и я ее отстоял. Может, профессию неправильно себе выбрал? Надо было в физики идти?
– Отвечайте на звонки, Алексей, – вечером Боровский снова начал выкать, – а то не знаешь…
– В какой канаве искать? – Я рассмеялся. – До встречи, Ярослав.
В следующие несколько дней я вошел в ритм. По утрам занимался во Вредена, потом ехал в лабораторию, которая буквально на глазах обретала жилой вид. К началу будущей недели уже ждали доставку мебели и оборудования.
В пятницу позвонила Лера.
– Ты нашел кристалл?
– Нет, но приезжай вечером, вместе найдем.
– Хочешь припахать убраться у тебя в квартире?
Я хохотнул, вспомнив, как Лера в детстве ругала меня за бардак в комнате.
– Ладно уж, все равно приезжай. Найду до твоего прихода.
– Годится! – Лера сбросила звонок.
Из лаборатории я планировал уйти пораньше, но не вышло. Началось все с фразы: «Давайте перед уходом повесим экраны». Строители уже ушли, но Ярослав и два его лаборанта были уверены в своих силах.
– Алексей, ты выше всех, подержи вот тут, я помечу, куда будем ставить крепеж, – Ярослав указал в сторону самого большого монитора.
– Тебя не смущает, что у меня только одна рука? – вежливо поинтересовался я. На самом деле монитор был не тяжелым, но большим, и одной рукой я его, конечно, удержать не мог.
– Черт, – Боровский кинул взгляд на лаборантов. – Ребята, давайте вы тогда, только нужно поднять повыше.
Поднять-то они подняли, но Ярослав, когда разворачивался делать вторую метку, виртуозно пихнул экран локтем. Я ухватил падающее чудо техники одной рукой, вторую же пришлось подставить под удар, чтобы экран не навернулся на плиточный пол. Удар был не сильным, но боль прострелила от запястья до плеча и даже, кажется, отдала в зубы.
Я аккуратно поставил монитор, только после этого позволив себе взвыть.
– Алексей Юрьевич! – Боровский спрыгнул с табуретки и кинулся ко мне.
– Ярослав! – почти прорычал я в ответ. – Я очень уважаю склонность к архаизмам, в конце концов, у каждого из нас своя порода тараканов в голове. Но возьми, пожалуйста, лазерный маркировщик вместо своих карандашей, пока ты тут никого не убил!
Мы с ребятами оттеснили Боровского в сторону, сами разметили стену и закрепили кронштейны. Как вешали мониторы, я смотрел уже со стороны. Страховал лаборантов Ярослав.
Время пролетело незаметно. Планы «выйти пораньше» не сбылись, так что, подходя к дому, я не удивился, увидев Леру у подъезда. Она сидела на скамейке нога на ногу, вытянув руки вдоль спинки, а рядом с ней стояла бутылка вина.
– Я уже думала, чем ее открыть, – она кивнула на бутылку, – и представляла, как прямо тут пью из горла.
– Извини. – Я протянул здоровую руку, чтобы помочь ей встать.
Поднявшись, она оказалась ростом ненамного ниже меня. Во время прошлой прогулки я почему-то не обратил на это внимание, а сейчас даже примерился к ней плечом. К своим тридцати двум годам я привык, что большинство людей вокруг меня все-таки ниже и нужно смотреть под ноги.
– Ну, мелкой уже не назовешь! – Лерка смерила разницу и вздернула нос. – Прошли те времена.
– Пошли… крупная, – я замялся в определении, скользнув рукой по ее тонкой талии.
Лерка подхватила вино и зашагала впереди меня. В квартире она быстро разулась и по-хозяйски пошла на кухню, шлепая по полу босыми ногами, а я открыл модуль управления шкафами. Подумал, что скриптом дурацкий кристалл найдется быстрее, чем если пытаться искать его руками.
Лерка откуда-то достала высокие, зауженные кверху винные бокалы и пришла с ними в комнату. Я даже не знал, что у меня есть такие.
– Какие правильные бокалы! – Она покрутила ими у меня перед носом. – Специально сделаны, чтобы создавать акцент на фруктовых нотах и смягчать танины массивных красных вин.
Похвала почему-то прозвучала как упрек.
– И что не так? – Я отвлекся от шкафа.
