Облизав вдруг пересохшие губы, Денис сделал несколько шагов навстречу старику и, протянув к нему открытые ладони, показывая тем самым, что он не желает ему никакого зла, громко и отчётливо произнёс традиционное приветствие касианцев. Тот ничего не ответил. На какое-то мгновение он нахмурился, но почти тут же, снова закричав ещё громче прежнего, направил конец своего посоха в грудь Дениса. Почти в ту же секунду из кристалла вырвалась ослепительная молния и ударила того в плечо. Денис, словно предчувствуя, что сейчас произойдёт, успел слегка пригнуться.
Его тело пронзила сильная боль. Покачнувшись, он упал на колени и почти сразу же тысячи молний, выпущенных из небольших жезлов, маленьких копий посоха старика, которые держали почти все крылатые существа в руках, полетели в спутников Дениса. В последней отчаянной попытке он закричал, чтобы те открыли ответный огонь, после чего ещё две молнии попали в него. Мир перед ним, разлетевшись на тысячи сверкающих осколков, погрузился в темноту.
Когда он, наконец, пришёл в себя, то первое, что он почувствовал, это сильную боль во всём теле и гул в ушах. Очень долго он лежал неподвижно. Постепенно гул и боль стали отпускать его. Он почувствовал, что лежит на чём-то очень твёрдом, и постоянно качающемся из стороны в сторону. С трудом подняв окаменевшие за время неподвижности конечности, он попытался встать. Тут же его охватила сильнейшая слабость, и к горлу подступила дурнота. Хорошо еще, что желудок его оказался совершенно пуст, иначе вряд ли бы он сумел совладать с собой. Глухо застонав, он откинулся назад, и тут же упёрся спиной во что-то твёрдое. Медленно он подтянул своё тело к этой преграде поближе и смог, наконец, сесть прямо. Переведя дух, он попытался осмотреться. Это было не так легко, потому что кругом царил полумрак. Слабый свет пробивался лишь через узкие щели, откуда-то сверху над его головой. И тут, откуда-то из полумрака, раздался приглушенный голос:
— Слава Великому Касиану, капитан, вы наконец- то очнулись! А то мы уже решили, что вы отправились искать обетованные земли.
Невидимый собеседник замолчал, закашлявшись.
— Где мы?
— Мы в чреве одного из гигантских водоходов этих тварей, капитан, вот где мы. Судя по тому, как мерк и появлялся свет в тех щелях, мы здесь уже больше недели. Больше мне сказать нечего. С тех пор, как нас сюда приволокли, никто больше ни разу не заглядывал к нам. Возможно, нас замуровали здесь заживо, по крайней мере, я в этом почти уверен.
Откуда-то сбоку послышались шорохи, и чей-то слабый голос, просящий воды.
— Здесь что, ещё кто-то есть?
Денису ответил второй, невидимый собеседник:
— Да, капитан, и нас тут довольно-таки много. Эти твари набросали нас, словно фруктов в корзину. Благо, что ещё друг на друге не приходится лежать.
Голос умолк и, словно в подтверждение его слов, кто-то невидимый толкнул Дениса в бок. Протянув руку в другую сторону, он также смог нащупать несколько неподвижно лежащих человек. Тут к его горлу вновь подкатила дурнота, и он, пытаясь облегчить своё состояние, медленно сполз на пол. Закрыв глаза, он погрузился в тягостное забытье.
Ещё много раз он открывал глаза и снова засыпал, каждый раз видя и ощущая одно и тоже. Лишь однажды произошло событие, внесшее небольшое разнообразие в их теперешнее существование. Где-то за пределами их темницы послышались далёкие раскаты грома, приглушенные расстоянием. После этого, из щелей над их головами к ним потекла вода. Люди, измученные жаждой, давя друг друга, бросились к этим струйкам, жадно ловя каждую драгоценную каплю. Но вскоре вода закончилась, и люди снова заняли свои места. Сколько длилось их заточение, точно не знал никто, но вот они услышали шаги множества ног. Спустя несколько минут, со скрипом поднялся потолок их темницы, и измученным пленникам ударил по глазам ослепительный дневной свет, причиняя их совсем отвыкшим от света глазам резкую боль.
Не успели они привыкнуть, как в открывшийся квадрат стала опускаться лестница, которая упёрлась в пол, и по ней внутрь спустилось четверо крылатых существ. Они грубо стали поднимать пленников, толчками и пинками заставляя подниматься по лестнице наверх. Один за другим пленники поднимались. Это восхождение для измученных касианцев было столь же тяжело, как когда-то подъём на великую земляную преграду. В свою очередь, и Денис поднялся по этой лестнице, оказавшись вместе с остальными пленниками на поверхности гигантского водохода.
