Кассандра по-прежнему стояла посередине комнаты. Она не представляла, что именно происходит, но явственно чувствовала, что ничего хоть сколько-нибудь для нее хорошего. Как только Макс сосредоточил все свое внимание на бледнолицем, Кассандра осознала, что другого шанса уже не будет. Осторожно на цыпочках она стала медленно пятиться к проходу. Уже в коридоре, когда обе фигуры скрылись из вида, Кассандра резко развернулась. Прямо перед ней была входная дверь.
Ненадолго задержав на ней свой взгляд, девочка бросилась в дальний угол коридора к тете Мэл, которая потихоньку приходила в себя.
«Тетя… Скорее… Поднимайтесь… Надо уходить», – Кассандра изо всех сил пыталась приподнять грузную фигуру.
Тетя приоткрыла глаза и сделала попытку мягко отстраниться от нее:
– Кейси, милая моя девочка, беги отсюда как можно быстрее! Оставь меня, я тебя умоляю! Уходи, пока не поздно! – прохрипела она.
– Даже не мечтайте, – строго отрезала Кассандра. – Неужели вы и вправду думаете, что я могу вас здесь бросить?! Чем говорить глупости, лучше помогите мне. Нужно подниматься. Ну же, постарайтесь!
С огромным трудом, держась одной рукой за локоть девочки, а другой за ножку стоящего рядом кресла, тетя Мэл приподнялась на ноги.
– Что, дамы, не помочь?! – прогремел на весь коридор глухой хриплый голос.
Макс стоял, опираясь спиной о косяк входной двери, скрестив на груди руки и злобно сощурившись. От него исходило столько злорадства и ненависти, что их с лихвой хватило бы на целую дюжину девочек и их тетушек. Но Макс явно не скупился.
– Будь так добр, – глядя прямо в его черные глаза, ответила Кассандра. – Уйди с пути.
Кассандра говорила совсем тихо, но лицо темнокожего перекосило так, как будто ему заорали прямо в ухо. Макс мигом преодолел разделяющее их расстояние. Со всей силы ударив прильнувшую к девочке тетю Мэл, он одним движением намотал волосы Кассандры себе на руку и приподнял над полом.
– Я не знаю, зачем Ему нужна ты, – зашипел мужчина прямо ей в лицо, брызжа слюной. – Но я проклинаю тот день, когда Он приказал нам найти тебя. Ты даже не представляешь себе, сколько времени я знал Стива… – Он судорожно сглотнул. – Нет, при всем своем желании ты не можешь себе представить ТАКОЕ количество времени. А еще… Еще ты не можешь себе представить, что теперь ожидает тебя. Страдания Стива были страшны, но недолги, тебя же я обреку на вечные муки. И мне плевать на чьи бы то ни было приказы!
Видимо, для придания своим последним словам большей убедительности, Макс сплюнул на пол. А затем близко-близко придвинул лицо девочки к своему. Взгляд Кассандры скользнул по небритой щеке, по широкому мясистому носу, а затем остановился на глазах. Его глаза… Нечеловеческое всегда трудно поддается описанию человеческим языком. Его глаза источали тьму, леденящую кровь, вселяющую животный первобытный ужас, неизбежно завораживающую тьму. Кассандра смотрела в эту темную бездну и никаким усилием воли не могла заставить себя отвести взгляд.
Если попробовать описать все, что чувствовала Кассандра в этот миг одним словом, то это слово будет Х О Л О Д. Она совсем перестала ощущать свое практически окоченевшее тело. Однако совсем не это беспокоило ее в данной ситуации больше всего. Холод сковал не только ее тело, но и разум, и чувства. Мысли Кассандры остановились где-то в одной точке, а душу пронзила такая мрачная удушающая тоска, что у девочки перехватило дыхание. Кассандру не оставляло ощущение, будто бы она с бешеной скоростью летит в какую-то ледяную пропасть, в бездну, во мрак.
И вдруг, когда остатки надежды на спасение уже растаяли, как осколки льда под яркими весенними лучами, эту распахнувшую свои объятия тьму озарила вспышка света. Яркий согревающий луч заставил налипший со всех сторон мрак отступить.
Кассандра почувствовала боль от удара и одновременно услышала громкий захлебывающийся рев. Ее сознание медленно, но верно вернулось на отведенное ему природой место. Она открыла глаза, и первым, что увидела, был старый деревянный пол в их прихожей, который девочка только что проверила своим лбом на прочность.
Между тем вокруг происходила какая-то странная и шумная возня. Совсем недалеко от нее лежала тетя Мэл, обхватив руками голову. А с кухни доносились крики, злобное рычание и громкая нецензурная брань. Коридор то и дело озаряли яркие вспышки света. Кассандра подползла к тете и осторожно похлопала ее по щекам, пытаясь привести в чувство.
– Тетя Мэл, потерпи. Ну, еще немножечко, – торопливо шептала девочка. – Пожалуйста, постарайся встать на ноги. Нам бы только до двери добраться. Ну, давай, опирайся на меня, – уговаривала Кассандра совсем обессилевшую женщину, пытаясь ее поднять.
Наконец ей это удалось. Очень медленно, они все же смогли преодолеть расстояние до входной двери. Боясь даже взглянуть в сторону кухни, с которой не переставал доноситься шум ожесточенной борьбы, девочка судорожно схватилась за дверную ручку…
