Мы шагали на восток по оживленной улице, запруженной бесчисленными авто и рикшами. Я шла не поднимая головы, стараясь держаться поближе к домам и витринам. Легионеров поблизости не наблюдалось, но я вздрагивала от каждой ауры. В округе могли ошиваться шпионы Старьевщика. С крыши на меня нацелился огонек камеры, но козырек надежно скрывал мое лицо. Я махнула Стражу и кивком указала на камеру. Безумие разгуливать с ним по цитадели, где даже у стен есть глаза!
Только очутившись вдали от суеты и ярких огней, я смогла вздохнуть с облегчением. Страж нагнал меня в переулке. Я едва поспевала за его широким шагом.
– Ну и чего хочет Тирабелл?
– Поговорить с тобой. – Страж сбавил темп. – Сейчас самый благоприятный момент, чтобы попросить денег, в которых ты так нуждаешься.
Если мне откажут, все пропало.
Молча мы добрались до мюзик-холла. Внезапно я насторожилась, почуяв неподалеку лабиринт.
В центре Друри-лейн спиной к нам стоял закамуфлированный патрульный. На вид обычный ночной легионер, если бы не форма. Ярко-красная рубашка с рукавами-фонариками и золотистой подкладкой, черная кожаная жилетка с вышитым золотым якорем, перчатки по локоть и высокие сапоги. Словом, облагороженный вариант «алых».
– Это каратель? – шепотом спросила я.
Страж глянул поверх моей головы:
– Почти наверняка.
Так или иначе, подозрительный часовой стал преградой между нами и местом назначения. Я покосилась на соседние здания. Найдя нужное окно, просвистела первые ноты сайенского гимна.
Услышав сигнал, из ночного салона бесшумно выскользнули трое бандитов. Я знаком указала на карателя. Троица замотала лица шарфом и ринулась в атаку. Одна выхватила у легионера дубинку и кинула ее сообщнику. Тот ловко перемахнул через припаркованный автомобиль и дал деру.
Каратель молча наблюдал, как похитители растворяются во мраке, потом резко обернулся. Мелькнуло красное забрало шлема. Я схватила Стража за плечо, увлекая в темноту. На долю секунды мне почудилось, что каратель вот-вот двинется на нас. Его рука метнулась к рации. Наконец он зашагал в том направлении, где скрылись беглецы.
Совершенно нетипичное для легионера поведение. Это странное молчание, никаких попыток отнять дубинку. Похоже, он разгадал наш трюк и скоро вернется.
– Идем, – шепнула я.
Мы быстро обогнули здание. Внутри ощущались ауры рефаитов с их характерной броней. У служебного входа Страж взял меня за плечи и развернул лицом к себе. От его прикосновения по телу пробежала дрожь, внутри все напряглось. Последний раз он дотрагивался до меня только в катакомбах.
– Я не часто прошу тебя лгать, – тихо проговорил Страж, – но сейчас именно тот случай. – Не встретив возражений, он продолжил: – Поверь, имеется веская причина. Рефаитам известно о том, что произошло между нами в «Гилдхолле». Нашира не пожалела времени и сил, рассказывая всем и каждому, что я сеятель гнили и плотеотступник. – Он посмотрел мне прямо в глаза. – Поэтому ты должна все отрицать перед Рантанами. И отрицать как можно убедительнее.
Впервые он признал, что происходящее в «Гилдхолле» не было плодом моего воображения.
– Мне казалось, Тирабелл и Цефей в курсе, – пробормотала я. – Про пуповину точно.
– Пуповина не всегда обозначает физическую близость. – Страж впился в меня пристальным взглядом. – Ты вправе отказать, но я прошу не ради себя, а ради твоего же блага.
Помедлив, я кивнула. Страж убрал руки; кожа моментально покрылась мурашками.
Я шагнула к двери, но вдруг спохватилась:
– Если спросят, что отвечать?
– Что угодно, кроме правды.
Похоже, такую страшную правду не под силу понять даже рефаитам.
Держась друг от друга на почтительном расстоянии, мы проскользнули в дверь, раздвинули пыльный занавес и спустились в зал с вытертыми креслами и ковром, где горело несколько светильников.
Тирабелл в компании трех рефаитов поджидала нас в проходе.
– Собратья Рантаны, – выступил вперед Страж, – позвольте представить вам Пейдж Махоуни. Это ей я обязан своим присутствием здесь.
Никак не отреагировав на панегирик, Тирабелл вплотную подошла к Стражу и прижалась лбом, бормоча что-то на глоссе. Ростом она почти не уступала ему. От этой картины у меня вдруг заныло сердце.
– Привет, Тирабелл, – поздоровалась я.
Та повернулась, но промолчала. Ее ладонь по-прежнему покоилась на плече Стража. На меня она смотрела, как Джексон на балаганщиков.
– Я привел сюда Пейдж, чтобы обсудить наши дела, – продолжал Страж. – У нее к нам просьба, у нас к ней тоже. Думаю, мы можем оказаться полезными друг другу.
Цефей и Плиона хранили зловещее молчание. Стоявшая между ними Тирабелл полоснула по мне взглядом.
– Странница, это Люсида Саргас, – кивнула она на незнакомку. – Одна из немногих единомышленников Рантанов.
Моя рука метнулась в карман к заветному мешочку.
– Саргас?!
– Именно. Наслышана о тебе, Пейдж Махоуни. – Выражение ее лица было не таким непроницаемым, как у остальных; в нем отчетливо проступало любопытство. – Мои собратья Саргасы рассказывают про тебя невероятные истории.
