Лера ужасно стеснялась. Генеральный директор человек занятой, а тут они. И все боялась запачкать что-нибудь. Но шеф реагировал терпеливо и доброжелательно, ни слова не сказал. Не то что Лева. Бывший муж вечно орал, что она копается, и, прежде чем посадить их в машину, сто раз предупреждал, чтобы не смела засирать ему чехлы.
Все это пролетело мгновенным неприятным воспоминанием, а потом она смотрела в окно. И совсем немного в зеркало заднего вида, в котором отражался гордый профиль генерального. Один раз они чуть не столкнулись взглядами. Лера покраснела, прижимая к себе ребенка. Ну глупо же. Глупо... К счастью, он ничего не заметил.
А район, в котором у шефа была квартира, конечно, впечатлял.
Дорогое тут, наверное, жилье. Конечно, дорогое. Но про цены она спрашивать не решилась. Наконец они подъехали к дому, он припарковался у подъезда и обернулся к ним с Колей:
— Приехали. Выходим.
Открытый взгляд, улыбка.
Ей вдруг подумалось, что он ужасно красивый. Но Лера тут же одернула себя, он — генеральный директор, а ее дело — уборка. Сейчас оценят размер катастрофы, и все.
Она стала отстегивать ремни, поправлять на Коле шапку и курточку, еще надо было не забыть рюкзачок и маленькую машинку. И пиццу. Все собрала, хотела взять малыша на руки, и тут мужчина неожиданно сказал:
— Давай, я понесу ребенка, а ты возьмешь коробку с пиццей.
Лера удивленно застыла, глядя на него.
— Тебе тяжело будет, я понесу.
— Да, — отмерла она. — Хорошо, да. Давайте.
Потом стояла с коробкой пиццы в руках и с каким-то священным ужасом смотрела, как он берет ребенка на руки, устраивает на сгибе локтя и идет к подъезду. Но вот он обернулся:
— Идешь?
— Иду! — спохватилась и пошла следом.
Дом, конечно, был впечатляющий, не то что ее хрущевка. Она старалась не глазеть, но все-таки по сторонам косилась. Ну и да, кое-где в межквартирном коридоре заметны были «следы катастрофы», но не слишком. Зато когда вошли внутрь...
— Да, — с досадой отметил мужчина. — Тут ходить осторожно.
— Да уж, — Лера огляделась и чуть не выпалила: «Свински проживаете!», потому что, с ее точки зрения, терпеть такую грязь было просто невозможно.
— Кммм, — он почесал затылок и взъерошил волосы.
В общем, говорить что-то не имело смысла.
— Куда это? — она показала на коробку пиццы.
— Давай в кухню, — проговорил он и направился туда первым.
Аккуратно ступая, Лера прошла следом. Пол и здесь был покрыт липучим белесым налетом, на котором отчетливо были видны следы мужских ботинок.
— Так, — Лера положила на стол коробку и огляделась. — Лучше будет, если вы здесь переждете, а я быстро посмотрю, что можно сделать. И кстати, поешьте, вы ведь не обедали.
Голодное выражение мелькнуло у мужчины в глазах, он сглотнул и облизнулся. А ей вдруг стало смешно. Неважно, простой смертный или генеральный директор, на еду мужчины реагируют одинаково. Она взяла с микроволновки рулон одноразовых полотенец и уже собиралась выйти, когда маленький Коля, так и сидевший у ее шефа на руках, потянулся к ней:
— Мама.
— Что, милый? — обернулась она и подошла ближе.
Такая вышла неожиданная сцена, как будто они вместе и их что-то связывает. Когда Лера осознала это, сразу же отступила и сказала мужчине:
— Вы его из кухни не выпускайте, ладно? А то натопчет, — а малышу: — Побудешь тут с Николаем Павловичем? Я сейчас вернусь. М?
***
— Да, мы тут побудем, — ответственно кивнул Николай.
И, глядя, как она, ступая на носочках, уходит из кухни, ощущал себя странно. Перспектива остаться один на один с маленьким ребенком его смущала. Ибо опыта в этом плане никакого. Он не знал, чем занять малыша.
Для начала он усадил пацана на столешницу, а дальше почесал затылок и... О! У него была пицца. Николай тут же открыл коробку и оглянулся на малыша:
— Ну что, тезка, будешь?
Тот облизнулся и по-детски честно сказал:
— Да.
Дальше уже все было гораздо проще.
***
Квартира была не так уж велика, осмотр не занял много времени. Лера выложила оторванными от рулона полосками «трассу» перемещений. По возможности заглянула везде. Правда, в спальню неохотно и с опаской, все-таки это закрытая зона, святая святых в любой семье.
Ну и да, натоптано было везде. В спальне, конечно, меньше, но тут зато нашлись грязные носки и прочие... следы жизнедеятельности. Один носок она обнаружила под кроватью, причем лежал он там давно, на нем уже начали формироваться пылевые столбики. Хотела выудить
Вернулась в кухню.
А там уже царила полная идиллия. Маленький Коля сидел на столешнице, держа в ручках кусок пиццы, болтал ногами и с удовольствием жевал. Ее шеф в тот момент одним глотком отправил в рот солидный кусок и вытирал руки. Одинокий треугольничек сиротливо лежал на дне коробки.
— Кхмм, — прокашлялся генеральный. — Мы тебе оставили. Хочешь?
— А, нет, спасибо, — покачала головой она, пряча улыбку. — Доедайте.
— Да? М-мм.
