Хи́рото вышел из дома. Он любил пружинящее чувство бега, что заставляет вибрировать всё тело. Набрав хорошую скорость, рванул в сторону гор. Только изматывающая тренировка способна прочистить мозги. До недавнего времени Хи́рото мыслил лаконично и прозрачно. Ему требовалось несколько секунд, чтобы сориентироваться и принять решение. Теперь в голове царил сумбур.
Если у них была групповая галлюцинация, то откуда Лиза взяла ключ? В магию и прочую ересь он не собирался верить.
Пробежав пару километром, он сбавил скорость. Где ребят носит? Он должен был уже их догнать. Щелкнул по наушнику, но не услышал ничего.
Посмотрев на телефон, понял, что сети нет. Не страна, а карта белых пятен. Что сейчас-то?.. Хи́рото решил добежать до вершины ближайшей горы и оттуда поймать сеть. Частая пропажа эфира уже раздражала.
Вдохнул воздух полной грудью. Душный сладковатый аромат цветущих садов сменился горьким запахом горных трав. Вечерняя влажность ушла. Чем выше он поднимался, тем прохладнее становилось. Странно: он не прошел и пяти километров, а местность изменилась до неузнаваемости.
Жухлые кустарники сменились кривыми, пушистыми соснами. Тропа сузилась и запетляла пуще прежнего, уходя то вправо, то влево. Хи́рото с ослиным упрямством шел вперед. Незаметно солнце скрылось, и он попал в тенистую лесную поросль. Кажется, он поднялся слишком высоко, потому что у ног клубился густой туман, плотные куски которого, отрываясь, поднимались вверх, создавая у Хи́рото ощущение, что он утопает в сахарной вате.
Недалеко ухнула сова. Хи́рото был уверен, что в этих местах совы не водятся. Прожужжал крупный шмель над ухом. Без солнца, на закате… откуда взялся лохматый?
Хи́рото остановился. Нереальность картинки натолкнула на мысли о том, что это всё сон. Может, от физической нагрузки остаточные токсины, что они вдохнули в подвале профилактория, снова навели морок? Хи́рото ущипнул себя.
– Ай, больно! – неожиданно для самого себя вскрикнул он.
– Приветствую тебя, путник!
«Я в коме. Прилетела пуля в голову – и я в коме», – успокоил себя Хи́рото.
– Дай взгляну в твое лицо.
К нему из тумана приближался невысокий, полный человек в старинном мусульманском платье, смешном тюрбане, украшенном драгоценными камнями и кисточками. На нем были шелковые туфли с загнутыми мысами и открытыми задниками. В руках корзинка с персиками.
«Скорее прямой ядерный удар, чем пуля», – продолжал отрицать происходящее Хи́рото.
– Позволь приветствовать тебя, славный путник!
– Ассаляму алейкум.
– О-о-о! Алейкум Ассалям.
Хи́рото немного учил в университете арабский. Поэтому начало разговора смог поддержать.
– Я самый последний из тех, кого несправедливо изгнали из этих благословенных земель. Не смирившись с решением королей, я получил и награду, и проклятье от Всевышнего. Путник, добро пожаловать в Призрачный замок последнего мавра.
– А можно в другой раз? – спросил уже по-английски Хи́рото.
– Нельзя! – передразнил с той же интонацией мавр. Он пошел по дорожке дальше вверх. Обернувшись, сказал: – Ты зачарован, не сможешь сбежать. Пойдем. Сегодня день сладкой халвы.
Хи́рото даже и не думал слушаться сумасшедшего, сбежавшего с карнавала, но ноги почему-то сами несли его вслед за мавром.
«Если я сплю, может, гляну на этот заоблачный замок?» – подумал он.
– Призрачный. Замок – призрачный! – поучающе поправил мавр, давая понять, что мысли тоже читает.
«Я точно в коме», – подтвердил свою догадку Хи́рото.
– Ты не в коме, ты попал случайно на склон горы, по которому я могу спуститься раз в сто лет и найти мужа для моей дочери.
«Час от часу не легче… Еще и жениться? Она хоть симпатичная?» – продолжал думать Хи́рото.
– Она лучезарнее луны и светлее звезд, – снова вмешался в его мысли мавр.
«Как он мысли-то читает, я ж по-русски думаю?»
– Так и читаю, мне шесть сотен лет.
– Я точно должен жениться?
– Если твое сердце занято, отгадаешь загадки и пойдешь домой.
– А не отгадаю?
– Умрешь, – с будничным вздохом ответил мавр.
– Хорошая перспектива. Значит, красивая? А недостатки есть?
– Ты тут не хами! – прикрикнул мавр. – Всё хорошо: богата, вечную жизнь с ней обретешь.
– Думаю, есть ложка дегтя.
– Характер – дрянь, – признался мавр.
Из-за горизонта показался великолепный замок, в лучших традициях Альгамбры [10].
Высокие неприступные стены отражали последние лучи заходящего солнца.
На ступеньках сидела восточная красавица. Сказать, что она была полненькой, было бы неправдой. Скорее, она была необъятно красива. Принцесса явно мало двигалась последние шестьсот лет.
Хи́рото ошалело разглядывал неземное создание. Примерно двести килограммов обольщения в свою очередь восторженно пожирали жениха глазами.
– Прелесть. Сложен как бог. Вы азиат?
– Хм, – смутился Хи́рото, – дед японец.
Обойдя его вокруг, по-кошачьи мягко ступая, двести кило красоты промурлыкали:
– Жаль, папочка, так жаль…
– Тебе не нравится, свет очей моих?
– Его сердце занято, – со вздохом ответила принцесса.
Хи́рото задумался: о чём это она? Опровергать не стал во избежание насильственного брака.
– Моя загадка такая. Что женщина делает каждый день, а мужчина лишь однажды?