— Я надеюсь, вы тоже до конца осознаёте последствия. — Колдунья без перехода вернулась к прежней теме. — Знаете, когда я услышала об условиях финала, сначала заподозрила вас в непрофессионализме. Извините, но так сложно было поверить, что вы знаете, о чём говорите! Только потом я догадалась, что на самом деле вы прекрасно понимали, что делаете. Вы очень смелый человек, Виктор…
Она, не глядя, пододвинула к себе бумаги, вооружилась ручкой.
Журналисту показалось, что пальцы Ская дрогнули, будто оружейник хотел ухватить Джину за запястье. Но изящная рука скользнула в сторону и быстро подмахнула оба экземпляра договора.
— Вы ведь тоже его подписали, правда? — улыбнулась Джин. — Я уверена, что вы не стали бы соглашаться на какие-то несправедливые условия. Тем более я не могу допустить, что вы хотите меня обмануть.
Виктор почувствовал, что всё-таки краснеет.
— Вы слишком доверчивы, Джин. — Он заставил себя иронично улыбнуться. — Но я правда не собираюсь вас обманывать. Мы абсолютно на равных. Иначе это не имело бы смысла.
Дуэлянтка согласно кивнула.
— Я знала, что не ошиблась в вас!
Скай молчал, но спокойствие, похоже, давалось ему нелегко. Он переводил тяжёлый взгляд с Джины на Виктора, и каждый раз журналисту становилось не по себе. Не нажить бы проблем с этим оружейником в дополнение к дуэли… Впрочем, вряд ли об этом стоит беспокоиться сейчас. После поединка вопрос либо потеряет смысл, либо решится сам собой, вынудив Виктора участвовать во второй дуэли подряд. Насколько всё было бы проще, если бы его соперником изначально оказался Скай! Это придало бы происходящему долю романтического благородства. В конце концов, что может возвысить смертельную схватку, если не награда в виде благосклонности прекрасной дамы?
— Вокруг столько всего фальшивого, — щебетала тем временем Джин. — Начинаешь думать, что вся жизнь — один большой мыльный пузырь. Перестаёшь её ценить. И так удивительно и здорово, что нашёлся человек, готовый вот так вот громко сказать о чём-то настоящем…
«Да ты начиталась книжек, девочка, — мысленно усмехнулся Виктор. — Неужели и правда так легко подгоняешь людей под возвышенные шаблоны?»
— Невероятно, что вы готовы пожертвовать ради этого жизнью!
Виктор поперхнулся.
Издевается?
Да нет, не похоже. Смотрит всё так же открыто и искренне. Просто, видимо, не сомневается в победе. Настолько сильна? Самоуверенна? Наивна?
Скай усмехнулся.
А вот Ванда, похоже, занервничала всерьёз.
— Я надеюсь, Джина, мы тоже можем рассчитывать на вашу честность и порядочность, — напряжённо заметила продюсер.
— А что, разве в «Грани» есть запрещённые приёмы? — дуэлянтка удивлённо вскинула брови.
— Формально, конечно, нет… — неохотно признала Ванда. — Но…
— Да что происходит? — прервал её Виктор. — Какие ещё «но»?
— Можно я объясню? — с подкупающей улыбкой предложила Джин. И, не дожидаясь разрешения, продолжила: — Вот этот предмет, который ваша коллега сейчас вертит в руках, на самом деле не шариковая ручка, а замаскированный анализатор поля. Довольно неплохой и в частных руках, кажется, не вполне законный, но мы же не полицейские… Сейчас показания этого прибора несколько выходят за пределы статистической нормы. Думаю, Виктор, ваша спутница переживает из-за того, что вам достался неожиданно сильный соперник. — Она повернулась к Ванде. — На самом деле не обязательно было сканировать меня тайно. Я ничего не скрываю.
Джин легко коснулась предмета, который Ванда действительно уже давно не выпускала из пальцев. Ручка завибрировала, покраснела, будто раскалившись. Колдунья отпустила анализатор, скромно улыбнулась.
— Извините, не хочу сломать дорогой прибор. Эта модель очень чувствительна к перегрузкам.
Она отпила коктейля, будто специально давая собеседникам время обдумать информацию. Обдумывать и правда было что. Судя по реакции Ванды, переживания по поводу «слабого пола» можно смело отбросить. Журналист ещё раз глянул на коллегу. Анализатор поля она убрала и теперь негромко постукивала острыми ногтями по папке с документами. Похоже, продюсер всерьёз опасалась, что раздобытых артефактов не хватит для того, чтобы справиться с этой девочкой.
Виктор невольно улыбнулся. Ему вдруг показалось, что всю свою жизнь он шёл именно к этому. Грандиозная битва с сильным противником. При огромном стечении народа. Пик славы — такой высокий, что вообразить сложно. Как ни крути — достойный финал.
— Для меня честь — встретиться на арене с такой достойной соперницей, — признался журналист. — Кажется, поединок будет эффектным.
Джина с сомнением поджала губы.
— Вряд ли. Меня никогда не вдохновляла игра в поддавки. Я не сомневаюсь в ваших талантах, Виктор, но, боюсь, всё закончится очень быстро. — Она внимательно посмотрела на журналиста, оценивая произведённое впечатление, и продолжила: — Но мы можем изменить условия. Чтобы было интереснее. Например, вообще отказаться от магии. Я не буду применять поле. Но и вы тогда откажетесь от всяких полевых парализаторов и прочих артефактов. Выберем какое-нибудь физическое оружие, устроим настоящую дуэль…
— Я против.
