Носитель Вектора сжал губы и снова промолчал. Энергетический шар под дрожащей рукой пришёл в движение, запульсировал, замерцал огненными искрами. Вот только сердце испуганно замерло вовсе не из-за этого. Крис снова попытался совладать с голосом, но в этот момент по этажу пронёсся грозный рык, и почти сразу в дверном проёме показались Гай и Рэд.
— Хорошая у тебя охрана, Бэт, — сообщил оборотень. — Смелая. Я думал, сразу разбегутся.
Напряжение отпустило так резко, что Крис рассмеялся — даже слёзы из глаз брызнули. Сила бросилась в ладони, пальцы сами собой сжались в кулак, крепче запечатывая расшалившееся заклятие.
Рэд усмехнулся.
— Чего ржёшь, мелкий?
— Не поверишь: ужасно рад тебя видеть.
— Ну почему же не поверю? — хмыкнул оборотень. — Я тоже рад. Хотя уши я тебе всё равно надеру, будь уверен. Запомнишь, как ни в чём не повинных людей глушить.
— Прости, — покаянно выдохнул Крис. — Мои уши в твоём распоряжении, но всё равно прости. За оба раза.
Рэд удивлённо нахмурился, будто пытаясь что-то вспомнить, а вспомнив, улыбнулся неожиданно мягко.
— Не сходи с ума, братец. В сантименты будем ударяться, когда всё закончится. И я с удовольствием выдам тебе заслуженного леща за тот раз тоже, если тебе так будет спокойнее.
Оборотню показалось, что замерший в центре ритуального круга мальчишка вздохнул с облегчением.
— Договорились.
— Сложный выбор, — фыркнул один из уравнителей — рыжий паренёк едва ли старше Криса. — Лещи или благодарность. После ритуала…
— Я забыл посоветоваться? — не оборачиваясь, огрызнулся носитель Вектора, и рыжий опасливо притих. — Какие же вы упёртые! Неужели до сих пор не поняли, что не будет никакого «после ритуала»? Для вас — точно не будет!
— Но ты же сам сюда пришёл, — возразила темноволосая женщина по левую руку от Криса. — Без тебя мы бы ритуал не запустили.
Музейный взломщик промолчал, но вместо него неожиданно ответила Кристина.
— Пришёл-то, может, и сам, а вот кто запустил ритуал — это ещё как посмотреть.
Беатрикс не успела среагировать, и книга, позабытая на полу за пределами магического круга, послушно скользнула в руки Тине.
— Её давно пора вернуть в музей, правда? — улыбнулась девушка. — А то мало ли кому ещё захочется поиграться с Вектором…
— Не выйдет, — неожиданно спокойно ответила Беатрикс. — Эти чары слишком сильны и обратной силы не имеют. Пока я сама не отпущу связь, её никому не оборвать.
Она повернулась к Крису, и тот невольно отшатнулся. Казалось, что-то сломалось в сознании главы новых уравнителей, перекрыло живые человеческие эмоции, оставив лишь холодную обречённость: будь что будет. Губы Беатрикс дрогнули, она вновь начала произносить заклинание. По памяти. Но поводок действительно был на месте и отзывался уже без всякого артефакта.
— Не надо, — прошептал Крис, но горло перехватило, и слова не долетели до слуха Беатрикс.
Зато их услышала Кристина. И принялась торопливо листать книгу.
— Тина, деточка, — Беатрикс отвлеклась от колдовства и взглянула на бывшую подчинённую почти с жалостью, — я несколько лет возилась с этой книжкой. Ты не сможешь перехватить контроль, только силы зря растратишь.
— Спорим?
Глаза сверкнули из-под ровной чёлки и тут же снова впились в пожелтевшую страницу. Пальцы заскользили по строчкам, и те замерцали, отзываясь на прикосновение поля. На несколько секунд Крису показалось, что всё получится. Но вскоре уши будто заткнули ватой. Он не слышал слов сестры — только видел, как шевелятся её губы. А вот голос Беатрикс, говорившей без напряжения, почти шёпотом, отдавался в сознании грозным набатом.
По венам снова потекла чужая сила. Но уже не огнём — ледяной водой. Слова заставляли дрожать воздух, звуковые колебания обращались в энергию, которая волнами окатывала Криса, пробирала до дрожи в непослушных более пальцах, пропитывала тело свинцовой тяжестью. Стоит сейчас отключиться — и это будет последним, что он почувствует.
— Не хочу. — Крис сжал зубы. — Не хочу… так…
Сквозь заволакивающую взгляд мутную пелену он увидел, как несколько энергетических лучей устремились к Кристине; как Эш и Джин, не сговариваясь, заслонили колдунью, отражая чары; как сестра упала на колени, не закрывая книги и не переставая произносить заклинание; как Рэд коснулся медальона на её груди, и батарейка вспыхнула, придавая хозяйке сил. А вот момент, когда собственное тело предало и перестало реагировать на сигналы мозга, Крис упустил. Даже шагнуть назад, чтобы не рухнуть ничком в разрастающийся энергетический шар, не удалось. Оставалось надеяться на везение. И на то, что это ещё имеет хоть какое-то значение.
Невидимые нити сдавили грудь так, что, казалось, ещё чуть-чуть — и затрещат, переламываясь, рёбра. Крис застонал, невольно закрыл глаза, и тут же влажный холод дохнул в лицо.
Извини, сестрёнка. Ты не успеешь. Спасибо за попытку.
Мысли растворялись в пустоте, оскальзывались и, не находя опоры, летели в бездну.
Четыре тысячи двести восемьдесят пять умножить на двадцать три тысячи пятьсот сорок девять.
«Что?»
Слова звучали тихо, но каким-то чудом пробивались через неумолимое заклинание Беатрикс.
Считай.
