— Отлично! — Женщина радостно хлопнула в ладоши, как будто всерьёз ожидала, что её прогонят вон. — Давай поговорим внутри. Можно войти?
Рэд подавил обречённый вздох, открыл дверь в комнатушку охраны и пропустил директора вперёд. Протиснувшись в небольшое помещение, Мэдж мгновенно заполнила его резким апельсиновым ароматом своих духов. Рэд чихнул и постарался отодвинуться от директора как можно дальше — насколько позволяли скромные размеры комнаты. Всё-таки «котиком» он был чуть больше, чем ему хотелось, и запах цитрусовых переносил с трудом.
— Будь здоров, миленький, — проворковала Магдалена. — Рэд, у меня к тебе есть маленькая просьбочка… — Она достала из сумки сложенный вчетверо лист бумаги и протянула охраннику. Лист оказался фотографией, распечатанной на обычном чёрно-белом принтере. — На моей машинке второй день подряд рисуют вот такой значок. Мне, конечно, не сложно его стереть… Но хотелось бы знать, к чему это. Может быть, ты подскажешь?
Рэд задумчиво разглядывал символ. Очень примитивный — всего лишь прерывающаяся в двух местах окружность. Как будто разломленное на две неравные части кольцо. Рисунок мог означать что угодно, но при этом почему-то вызывал неуловимые ассоциации с чем-то конкретным… Вот только дурацкий запах цитрусов (хорошие, видимо, духи, с какими-нибудь натуральными маслами — на чистую химию Рэд так не реагировал) не давал как следует сосредоточиться.
— Такое не только на вашей машине рисуют, — сказал наконец охранник. — Я точно видел этот знак где-то ещё. Но что он значит, пока сказать не могу. Нужно посоветоваться кое с кем. Как только что-нибудь узнаю, сообщу. Я оставлю фото?
— Да-да, конечно! — обрадовалась Мэдж. — Спасибо, дорогой! Ты меня очень обяжешь!
И женщина, не любившая долго находиться на одном месте, радостно выскочила в фойе, оставив Рэда наедине с загадочным знаком и с запахом, будь они неладны, апельсинов.
В маленькой комнате царил полумрак, и вошедшему с ярко освещённой улицы Дюку понадобилась пара минут, чтобы привыкнуть к темноте и как следует осмотреться. Его новый работодатель явно имел тягу к таинственности и любил шпионские детективы. Иначе к чему все эти сложности? Когда встречаешься на конспиративной квартире, где заведомо нет ни прослушки, ни камер, а задёрнутые шторы по плотности и непроницаемости соперничают со стеной, какая разница, включён ли в комнате свет? Не от Дюка же скрывается таинственный Мистер N, если сам назначил встречу.
Комната казалась пустой, но за большим столом стояло отвёрнутое от двери кожаное офисное кресло с высокой спинкой, и визитёр был почти уверен, что…
— Добрый день, мистер Шатер.
Кресло эффектно развернулось, и Дюк, вероятно, зааплодировал бы собственной меткой догадке, если бы удивление не затмило триумфа. Однако посетитель всё же совладал с собой и ответил даже с некоторой иронией:
— Добрый вечер… Миссис N.
Женщина рассмеялась и щёлкнула выключателем на столе. Небольшой торшер осветил смуглое лицо, окружённое упругими кольцами каштановых, слегка в рыжину, волос.
— Вы, кажется, удивлены?
— И что с того? Я принёс заказ и жду оплаты. И мне совершенно неважно, мужчина со мной расплатится или женщина. Я в этом смысле за равенство полов.
— Похвально. — Она посерьёзнела и достала из ящика стола бумажный свёрток. — Здесь ваш гонорар. Можете пересчитать.
Дюк осторожно извлёк из внутреннего кармана куртки маленькую чёрную склянку и длинную тонкую кисть. Положив товар на стол, он удобно устроился в кресле напротив заказчицы и, закинув ногу на ногу, начал не спеша пересчитывать причитавшуюся ему плату.
— Вы, кажется, обещали мне постоянную работу, — напомнил он, не отрываясь от этого процесса. — Я готов выслушать предложение.
— Это не совсем работа, — сказала женщина после небольшой паузы. — Скорее, членство в одной неофициальной организации, которая скоро, возможно, изменит существующий миропорядок. С вашей помощью, надеюсь.
Дюк выжидательно молчал.
— Насколько я знаю, вы приехали из Миронежа неделю назад. Не почувствовали, как изменилась атмосфера в Зимогорье?
— Я заметал следы. Было не до атмосферы.
— А тем, кто здесь живёт, разница очевидна. Выходить на улицу всё страшнее. Воздух пропитывается ненавистью, завистью. Грядёт война между магами и людьми без поля. Её нужно предотвратить. И мы знаем, как.
— С помощью этого? — Дюк с сомнением кивнул на доставленные предметы. Высокопарная речь не произвела должного впечатления.
— В том числе, — кивнула женщина и поправила изящные очки в серебристой оправе. — Мы долго обдумывали план действий, ждали удобного момента, но медлить больше нельзя.
Дюк закончил считать и убрал деньги за пазуху.
— Продолжайте.