В своей телеграмме Малкольм обещал прислать дюжину морских орудий калибром 152 мм системы Кане для перевооружения 'богинь', поэтому, ставить старье на крейсера я не стал.
Внутренние помещения затопленных пароходов (после демонтажа необходимых запчастей, конечно - спасибо бдительности внутреннего еврея), я приказал наполнить этим самым бетоном. Предварительный аврал во внутренних помещениях приговоренных к затоплению судов позволил грамотно подготовить их к приему 'начинки' - устаревших шестидюймовых орудий.
Путем нехитрых манипуляций, на внешнем рейде появились на данный момент четыре, морских ДОТа, артиллерийский амбразуры которых тщательно маскировались обшивкой, которая легко демонтировалась.
В общем, начальный этап плана по усилению обороноспособности Артура уже осуществился под прикрытием патруля 'Дианы'. Оставалось только дать бетону затвердеть, и обустроить огневые точки.
- Передайте приказ по эскадре 'Вскрыть второй пакет', - я поднес к глазам бинокль, чтобы получше разглядеть эволюции крейсерского отряда.
Рейценштейн, сигналами указав, что пакет вскрыт, указал 'Аскольду' держаться на его правой раковине.
Второй этап маневров заключался в артиллерийских учениях. К сожалению, не имея второго комплекта снарядов, да и что там - практических снарядов, как таковых, приходилось крушить щиты боевыми снарядами.
Доктрина морского артиллерийского боя в Российском императорском флоте гарантировала уверенное превращение в металлический хлам любого противника на дистанции в 15-20 кабельтовых. Японцы, нагло поплевав на военную доктрину русских, учились стрелять на дистанции вдвое превышающие указанные выше.
Следовало подтянуть навыки артиллерийской стрельбы. А, учитывая, что на 'Пересвете' и 'Победе' орудия были на пять калибров длиннее, чем у других кораблей, им предстояла особая тренировка.
Учения были разбиты на два этапа. Разойдясь на внешнем рейде, броненосцы, ровно, как и крейсера первого ранга принялись эффектно лупить по целям на дистанции в тридцать кабельтовых. С переменным успехом.
Возрастание дистанции до сорока кабельтовых снизило процент попаданий на порядок.
Однако, довести задуманное до конца не позволила погода.
Еще с полудня, на море поднялось волнение, которое стало весьма ощутимым для всех без исключения кораблей ближе к вечеру. Соленые брызги стали долетать даже до ходового мостика, застывая ледяными жемчужинами на моем пальто.
- Сигнал всем - прекратить учения, - небо прочно сковали свинцовые тучи, поэтому, моя надежда сухопутной крысы на изменение погоды к лучшему, не оправдалась.
Корабли вереницей потянулись на внутренний рейд, благо время большой воды еще не закончилось. Неспешно, переваливаясь с борта на борт, как толстопузые богачи, броненосцы потянулись сквозь фарватер на внутренний рейд.
Крейсера и миноносцы, нещадно избиваемые волной, зашли в бухту последними.
- Эссен запрашивает разрешение выйти на ночную охоту после догрузки углем и боеприпасами, - лейтенант Азарьев расшифровал для меня флажный запрос с 'Новика'.
- Каков, однако! - Усмехнулся я.
'Ночная охота' представляла из себя самостоятельные рейды 'Новика' и 'Боярина' по отысканию и утоплению вражеских миноносцев, которые взяли за правило навещать наш внешний рейд. Несмотря на то, что 'ночная охота' была введена не так давно, Эссен и фон Шульц уже докладывали о трех поврежденных вражеских миноносцах, которым лишь чудом удалось ускользнуть от русских морских хищников.
- Передайте на 'Новик': 'Охоту не разрешаю. Команде отдых на берегу'.
В моем подчинении было только два быстроходных бронепалубника второго ранга, способных резвиться среди вражеских миноносцев, как волки в курятнике. Несмотря на то, что они приструнили вражеские дестройеры и показали им, где раки зимуют, не было нужды отправлять их в шторм в море. Ни один флотоводец не выпустит эти стальные скорлупки, называемые миноносцами в такую погоду в море. А уж Того не дурак, чтобы даром бросать свою миноносную флотилию.
- Передайте приказ на берег и брандвахты: 'Внимательно следить за морем!', - миноносцы японский флотоводец может и не пошлет, а вот брандеры - в самый раз.
Глава.
Скиф. Мукден. 17.02.1904.
Однажды Сяо спросил Учителя:
- Почему вы никогда не смеетесь, Учитель?
- Кто в армии служил, тот больше не смеется, - многозначительно ухмыльнулся Учитель и отправил Сяо косить поле саперной лопаткой.
Записка от Линевича настигла Скифа в тот самый момент, когда он собирался отправиться на железнодорожный вокзал. Казак, доставивший письмо, бойко отрапортовал о необходимости явиться в штаб через полчаса, после чего вскочил на коня и был таков.
- Снова этот старикан? - Кацо, утирая пот с лица, прошлепал мимо Сергея.
- Угу.
- Да пошли ты его уже, - Илья пожал плечами в знак того, что считает свою инициативу более разумной, чем игру в молчанку, которую проповедовал Скиф.
Они приехали в город почти неделю назад. Военные советники Скиф, Кацо, Ресвальд. Трое совершенно неизвестных военному миру Маньчжурии фигуры, которые по неизвестной причине обладали широкими полномочиями, дарованными сами императором.
