— Погоди, — тихо ответил Крутов, проходя все уровни живы до состояния
Из домика фермера выбежали еще двое парней, одетых в спортивные брюки и штормовки, нагруженные полиэтиленовыми пакетами и сетками с консервами и соленьями. Уставились на гостей. Немая сцена длилась две секунды.
Крутов повернулся к спутникам лысого и сказал, не повышая голоса:
— Убирайтесь отсюда! Еще раз увижу вас здесь — разбираться будем иначе!
— Да ты знаешь, на кого гавкаешь, быдло?! — опомнился белобрысый «спортсмен». — Я тебя на Соловки загоню, век парашу выносить будешь! А ну… — Он не договорил.
Ираклий вдруг прыгнул к нему, и стокилограммовая туша «спортсмена» взмыла в воздух по крутой дуге, пролетела три метра и, грохнувшись о землю спиной, осталась лежать без движения.
— Не груби больше старшим, — сказал Ираклий назидательно, ткнул пальцем в сторону дернувшегося к нему второго «спортсмена». — Остынь! Власть переменилась. Кто такие, откуда?
Спутники «спортсменов» побросали сетки и сумки, кинулись было на обидчиков, но их опередил Панкрат. Поднял выпавший из рук лысого карабин и направил ствол на парней.
— Не торопитесь на тот свет, господа, эта штуковина заряжена. Егор, я посмотрю, что у них в машине?
Крутов кивнул, продолжая оставаться в состоянии живы, контролируя ситуацию в целом и в частностях. Поманил пальцем фермера, все еще продолжавшего торчать в воде.
— Выходите, Владимир Иванович.
Хозяин фермы очнулся, прижал к себе сына, тяжело взобрался на берег и сел на траву, ноги его не держали.
Панкрат бросил карабин Ираклию, забрался в кабину «Волги», покопался там и вдруг присвистнул. Выпрямился, подзывая Крутова, протянул ему найденные документы.
— Погляди-ка, что за зверинец сюда приехал. Видать, база Легиона где-то недалеко.
Егор взял три черных, с золотым тиснением, «корочки», раскрыл одну за другой. Удостоверения принадлежали подпоручику, поручику и штабс-капитану Российского легиона.
— А вот это принадлежит твоему лысому крестнику, — подал Панкрат красную книжечку с двуглавым орлом и надписью: «Министерство внутренних дел».
Фотография на документе действительно принадлежала вислоносому лысому «спортсмену», имеющему звание подполковника милиции.
— Вот почему они действуют так беспардонно, — пробормотал Крутов. — Уверены в безнаказанности. Рачков и рыбки захотелось покушать — выложи им на блюдечке, иначе капут. Что такое подразделение «Т»? — обратил он внимание на надпись в документах легионеров.
— Не знаю, — пожал плечами Панкрат. — Таких «ксив» я еще не видел. Что будем делать?
— Спровадим их и поедем дальше.
— Нет никаких гарантий, что они не вернутся.
— Не сидеть же здесь сторожами фермы?
— Тоже верно.
Они вернулись к переминавшимся с ноги на ногу любителям раков.
— Забирайте своего мента, — буркнул Панкрат, — и чтоб через минуту духу вашего здесь не было! Попытаетесь вернуться, на Луне достану! Уяснили?
— Ты не представляешь, с кем связался… — заикнулся было парень постарше, в штормовке, что обыскивал дом фермера.
Глаза Крутова сверкнули так люто, что тот вздрогнул и отшатнулся.
— Мы найдем вас везде, — медленно и веско проговорил Егор. — Документы ваши и оружие останутся пока у нас. Садитесь в машину.
— Через час ты сам приползешь к… — Зубы у парня лязгнули от пощечины, которую нанес ему Ираклий, брезгливо вытерший ладонь о траву.
— Мы очень вежливые и выдержанные люди, — выдал он ледяную улыбку, — но и наше терпение имеет пределы. Вы тихо уедете и тихо расскажете начальству, что потеряли удостоверения на рыбалке. Захотите покачать права, обойдется дороже. Вряд ли ваше начальство обрадуется, узнав, чем вы занимаетесь. Идите!
Легионеры помогли встать все еще находившимся в прострации подполковнику милиции и «спортсмену», поспешили к своей машине, оглядываясь и ворча. Молодец в штормовке оглянулся, мрачно буркнул:
— Если бы не «помпушка», я бы вас тут всех положил. — Он с надеждой посмотрел на Крутова. — Может, попляшем в спарринге? Без оружия? Ваша команда против нашей?
— Что, хочешь защитить честь мундира? — поднял бровь Ираклий.
— Да какая у них там честь, — поморщился Панкрат. — Эти мордовороты пошли в Легион не для того, чтобы защищать честь мундира или страны, и уж тем более не для нашей защиты, а потому, что не смогли быть полезными мафии или же захотели сами стать бандитами в законе.
— Уезжайте, — коротко бросил Егор.
«Волга» уехала.
— Спасибо, — обрел дар речи хозяин фермы, синий от холода и пережитого волнения. — На меня что-то нашло, никак не могу прийти в себя. Такого со мной еще не было, чтобы за мое же добро меня сжечь хотели. Мог ведь отбиться, у меня и ружье есть…
— Тогда они бы вас просто застрелили, — покачал головой Крутов. — У легионеров нет тормозов, им сам черт не страшен. Не думаю, что они вернутся, но береженого Бог бережет. Уехали бы вы на пару дней куда-нибудь, к родственникам например.
