- Уверен, не только, - твердо сказал Уэшеми. - Кому-то мой опыт все равно поможет. И Рамтея, - зачем-то прибавил он: - Рамтея все равно уважаю, вместе с его идеями, несмотря ни на что. Даже если эти идеи и есть основная причина гибели Атлантиды. По-человечески уважаю. Я, кстати, вполне обошелся бы и без креста. Крест - это, кстати, совсем не мой выбор... Потомки тех самых троянцев помогли... Гибели которых, кстати, так противилась царевна Кассандра... Интересно, сколько раз я повторил сейчас это слово "Кстати", - заметил он и замолчал.
- Кстати, откуда ты все знаешь? - прошептала Касс. - Может быть, ты и вправду немножечко Бог?
- Конечно, и ты тоже... Вообще - все, мы с тобой только что об этом говорили... - Уэшеми немного подумал. - А, впрочем, ничего я не знаю наверняка. Просто так думаю, чувствую, понимаю. Это я тоже уже говорил, кажется...
- Раз уж ты так все хорошо понял, скажи, почему имена обязательно бывают созвучны?
- Все построено на вибрациях, ты же видела, - немедленно отозвался Уэшеми. - Цвета, звуки - это те же вибрации. Слово имеет громадную силу: ведь каждый звук точно соответствует тому, что выражает. Есть даже слова, которые во всех языках, во все времена будут означать одно и то же. Например, слово "Чакра". Сгусток энергии. Только вслушайся: ведь это слово и есть сама энергия... Уверен: вместе с языком атлантов оно не умрет. Обязательно всплывет где-нибудь в другом языке...
Оба они помолчали. Уэшеми подумал и продолжал: - Жаль Атлантиды, но Творец тут все-таки ни при чем. Выбор наш.
- Смешно, - сказала Касс. - Зев и все общество вместе с ним получили бессмертие. Атлантида погибнет, мы сгинем, а они... - Касс истерически расхохоталась. - Они останутся навечно. Дикари станут им поклоняться, как богам. Зев будет вершить судьбы. Эре и Фине, Арсу и Эрмсу, Лону и Фадите будут молиться! Только имена изменят немного... В их честь будут возводиться храмы, приноситься жертвы...
- Приветствую тебя, Прекрасная Дева! - Уэшеми усмехнулся. - А тебе надо, чтобы в твою честь приносились жертвы?
- Нет, но я не возражала бы против храмов. - Касс слабо улыбнулась.
- Ясно, - кивнул Уэшеми. - Да в том-то и дело, что все это обман. Основные условия развития эго - это перемены тел и обстоятельств, в которых эго должно обретаться определенное время. То бессмертие, которое получили твои друзья - это не бессмертие, это тупик. На тысячи лет заморозить развитие своего эго - какое уж тут бессмертие? Между прочим, слыхала ты? Ведь сам Асклепий отказался от своей амброзии?
- А Ноэл?
- Что - Ноэл? - Не понял Уэшеми.
- Насколько я понимаю, Ноэл не собирается умирать вместе с Атлантидой. Он же строит какой-то особенный мобиль, чтобы спасти в нём семью, половые клетки животных, семена растений, прочее...
- Ах да, "Ковчег"... Ну что ж, у каждого своя дорога. Значит, так надо, чтобы сгинули не все. Но жизнь не на тысячелетия - только на сию минуту. Ноэл не намерен покупать их бессмертие.
- А мы с тобой?
- Наш выбор, - сказал Уэшеми. - Помнишь, я пришел сюда и ждал тебя здесь? Не подавая тебе никаких сигналов? Я что, идиот, по-твоему?
- В том-то и дело, ведь я же не знала, что ты ждешь меня в моем доме. Искала тебя везде...
- Вот-вот... Но я хотел, чтобы ты сама сделала свой выбор.
- Какой там выбор? - пробормотала Касс. - Не делала я никакого выбора. Искала тебя, да и все тут.
- Нет, дорогая. Ты не приняла их бессмертия, ты ушла оттуда, из-под защитного поля. Ведь ты же не знала, что я жду тебя. Зато прекрасно знала, что ждет Атлантиду.
- Да, - призналась Касс. - Я слушала тогда Ноэла по визу. Лон, между прочим, тоже в тот вечер видел: Атлантида утонет.
- Странно, что Лон остается с ними... Ведь он ясновидящий?
- Безусловно. Он меня и тренировал...
- Странно... - Уэшеми покачал головой и продолжал: - Ладно, не мне кого-то судить... Так вот, если бы я сообщил тебе, что жду тебя здесь, ты бы пришла ко мне. Не от них, а ко мне. Понимаешь? Улавливаешь разницу?
Касс кивнула. Не могла она, не желала более продолжать сегодня ни умные беседы, ни экскурсы в тоннель.
- Все, - решительно заявила она. - Хватит с меня науки. Теперь я просто хочу жить. Неужели мы вместе? Неужели ты меня любишь?
- До конца тоннеля, - с нежностью обещал он.
- Я тоже... До конца тоннеля... И потом, после конца...
Касс сильнее прежнего прижалась к Уэшеми. Они поцеловались. В этот момент качнулось ложе.
Сначала Касс подумала, показалось из-за неосторожного движения. Руки Уэшеми крепко притягивали к себе ее тело. Он опять поцеловал ее. Они не заметили, что ложе качнулось во второй раз.
- Да и совсем необязательно нам погибать теперь, - словно продолжая прерванную мысль, беспечно сказал Уэшеми. - У нас же есть аэробиль. Есть энергия, вода, есть пища. Сделаем, что сможем, все увидим, запомним, а потом рванем, куда глаза глядят.
- Только сперва посмотрим, куда глядят глаза Зева... и всех остальных, кто вместе с ним... - Касс улыбнулась и уточнила: - А потом развернемся в противоположном направлении.
