Но тут что-то пошло не так: куртуазно перекладывая бутылку из одной руки в другую, чтобы было удобнее взять палочку из правого кармана своего пиджака, Гарри, видимо, не успел поставить в известность об этом плане обе свои руки, и вторая оказалась не готова принять столь важную вещь в объятия своих пальцев. Стеклянная тара выскользнула так стремительно, что я даже не смогла что-либо выкрикнуть, прежде чем Гарри каким-то невообразимым движением сумел ее поймать. Правда до этого все-таки получилось исполнить до нелепого смешной ритуальный танец, когда бутылка раз за разом отскакивала от его ладоней.
Наконец, зафиксировав ее у себя в руках, он выпрямился, вернул своему лицу серьезное выражение и изрек из уст заклинание, чтобы открыть злосчастное вино.
— Видишь, а ты говорила, что мои рефлексы, обретенные во время войны, никогда больше не понадобятся. С удовольствием выслушаю твои извинения.
Запрыгнув на стол и усевшись на нем поудобнее, чтобы можно было беспрепятственно болтать ногами, я с благодарностью приняла от друга бокал насыщенного рубинового цвета.
— Кому-то пора заканчивать пить. Все, что я сейчас увидела, это не хваленые рефлексы, а твои трясущиеся руки.
Он закатил глаза к потолку и снова сделал глоток сомнительного виски, сморщившись уже на последних каплях дивного напитка.
— Поистине отвратен.
— Но ты продолжаешь его пить, — выразительно приподняв одну бровь, произнесла я.
— Это потому что оно — единственное, что спасло меня от утомительного тоста Кингсли. Клянусь, я думал, что напьюсь только за те двадцать минут, что он безостановочно вещал нам о восстановленной в кратчайшие сроки экономике и его участии в этом процессе.
— Да-а, это выглядело, как начатая предвыборная кампания, и все, кроме нас, в курсе, что принимают в ней участие. Хотя, может, он просто нашел свободные уши, — я немного приподняла плечи вверх в жесте неопределенности.
— Так что еще пара таких министерских приемов, и я начну пить пойло, которое производит у себя в подвале Аберфорт.
Он выставил указательный палец и, практически тыча им мне в грудь, обвинительным тоном заявил:
— Ты, между прочим, ничуть не помогла мне пережить сегодняшний вечер — только и делала, что трещала со своими коллегами!
Я округлила глаза и, в притворном возмущении словами, пропитанными нотками язвительности, отправила мяч на другую сторону корта.
— О, прости, не думала, что моя задача состоит в том, чтобы развлекать тебя двадцать четыре часа в сутки. Я считала, что это ложится на плечи твоей новой девушки, как там ее, Аннабель… или нет, Аннет?
— Антуанетта.
— Черт, ну и имя у твоей мисс Май.
— Нормальное имя, Гер-ми-она, — возразил Поттер, намеренно акцентируя внимание на длине, — и она больше не моя.
Я хмыкнула и, наблюдая за тем, как Гарри облокачивается на столешницу позади него, поинтересовалась:
— Быстро ты. Месяц только начался. И чем же она тебя не устроила?
— У нее высокие запросы, — он дал краткое описание своим, уже прошлым, отношениям, чем несказанно меня рассмешил, и я беззастенчиво залилась смехом.
— Гарри, ну ты точно с другой планеты. Открою тебе секрет — у всех девушек высокие запросы. Мы же хотим для себя лучшего и лучших, — произнесла я, лукаво улыбаясь, и сделала глоток, отметив крепость выбранного наугад напитка, опалившего небо.
— Я правильно понимаю, что ты сейчас имеешь в виду Малькольма?
— Опять ты за свое, — я поджала губы, всем видом выражая недовольство, что мы опять поднимаем тему моего парня. — Он умен, что, знаешь ли, довольно привлекательно. А то, что он не так разговорчив, как мы, ну, Малькольм просто интроверт, в этом нет ничего необычного.
— Не так разговорчив? Да я подозреваю, что большую часть времени он общается с голосами в своей голове.
— Ты уже переходишь все границы, — я спрыгнула со стола, подошла к нему ближе и возмущенно скрестила руки на груди. — Да, мы с ним не идеальная пара, но он мне интересен.
— Он не подходит тебе, Гермиона. Тебе стоит его бросить, пока ты не разочаровалась в этом парне окончательно, — Гарри даже не пытался сгладить углы моего нарастающего раздражения.
— Да что ты вообще знаешь о том, кто мне подходит, а кто нет. У тебя сто девушек на неделе, и на каждую из них возлагаются какие-то эфемерные ожидания!
Поттер молчал, то ли ошарашенный моей внезапной тирадой, то ли пытаясь успокоиться, чтобы не сказать мне что-то резкое в ответ, но снова поднес к губам бутылку и пил так долго, как будто пытался добраться до дна.
— У меня нет никаких эфемерных ожиданий насчет моих женщин. Ни у одной из них нет даже намека на то, что я хочу видеть в итоге. А ты начинаешь отношения с совершенными идиотами, думая, а вдруг они окажутся достаточно хороши для тебя… Для тебя! — он сделал шаг вперед, и мы оказались так близко, что я отчетливо ощутила исходящий от него тяжелый торфяной аромат шотландского напитка. — Это как низко нужно себя ценить, чтобы такой как Малькольм был для тебя хорошим вариантом?
— Ты! Ты… — слова стопорились, чувство бескрайней злости заполняло мое сознание и не давало произнести мне что-то членораздельное.
