– Семнадцать, только закончила школу, – честно отрапортовала девушка.
Люди позади неё невольно хихикнули, но что такого странного сказала Катя?
– Так, малолетки и бездари нам не нужны, в сторону! – бросил политрук и бесцеремонно отпихнул её из очереди.
Народ сзади покатился со смеху.
Катя залилась краской, внутри поднялся справедливый гнев против этого чёртова политрука, что отодвинул её, словно ненужную ширму.
– Но я хочу защищать родину! – выпалила она на одном дыхании. – Вы не можете мне отказать!
– Чего-чего? – пренебрежительно сощурился политрук. – Армии не нужны бесполезные бабы, только лишний рот кормить.
– Катя, пойдём, – потянула её за руку Христина.
Её младшая подруга в гневе хотела ещё много чего сказать этому борову, но Христина с силой увела её в сторону.
– Ты слышала, что он сказал? – негодовала Катя. – Он назвал меня бабой, бесполезным ртом!
Больше всего девушку задело именно это оскорбление, словно она только и собирается, что есть на фронте, а не спасать жизни воинам.
– Успокойся, – утешала её Христина. – Не взяли на фронт, подайся к партизанам. Я слышала, что все, кого не берут в действующие войска, уходят к ним.
– К партизанам?
– Да, я бы с удовольствием к ним подалась.
– Так давай вместе и пойдём.
– Уже не могу, выдали предписание. Если не явлюсь к сроку на фронт, сочтут дезертиром. Всё, баста! – Христина гневно стукнула кулаком в раскрытую ладонь. – Знала бы, что запишут в медсёстры, вообще бы не ходила.
Её глаза вспыхнули, а вишнёвые пухлые губки упрямо сжались.
– Не расстраивайся так, – пришла очередь Кати утешать подругу. – Ты всегда мечтала стать врачом и спасать жизни людям. Это прекрасная мечта, и вот она сбылась. Я уверена, ты спасёшь много жизней.
– Ты права, – одарила Христина подругу ласковой улыбкой.
– А ты иди к партизанам, – опомнилась она. – Говорят, там отважные и очень смелые ребята. Быстро прославишься.
– Но я не ищу славы!
– Знаю, просто мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты рядом, воюешь вместе со мной за родину.
И в глазах Христины зажегся священный огонь, который горел так ярко, что невольно даже пугал Катю. В своём сердце она, как ни старалась, не могла найти такого пламени. Но мысль о том, что Христина отправится на войну, а сама Катя останется в городе, пока её подруга будет воевать, не давала ей покоя. Девушка осталась в Кишинёве совсем одна – отец умер два года назад, мать уехала в эвакуационном грузовике. Мысль об одиночестве угнетала её ещё больше, чем мысли о войне. И сознание того, что они вместе с Христиной бьются с одним врагом, невольно согревало душу. Она будет, как Христина, спасать жизни людям, приносить пользу фронту, пусть и в подполье.
– Решено, запишусь в партизаны! – весело ответила Катя подруге.
– Вот и отлично, мы вместе пройдём эту войну и вместе победим! – обняла её Христина.
Девушки счастливо рассмеялись. Их снова охватило чувство единения двух сердец, двух подруг, что были как сёстры.
***
Через несколько дней Христина отбывала в действующую армию. Ей дали предписание в Одесский военный округ, а точнее, на границу, в самое горячее место, где советские войска каждый день удерживали в отчаянных схватках переправы.
Так как Христина уже была полноправным членом армии, её родителям предоставили внеочередную эвакуацию. Катя была счастлива, что её подруге так повезло. Когда Катя махала вслед эвакуационному грузовику, на котором отбыли родители Христины, её сердце невольно сжалось: где её мама, добралась ли до Москвы, ищет ли её?
Но времени на печаль не было. Христина уходила медсестрой на фронт, в самую горячую его точку. И Катя даже не знала, какая мысль печалит её больше: отсутствие известий о матери или отбытие Христины.
– Не грусти, мы обязательно встретимся, – утешала её старшая подруга, – партизаны и действующая армия постоянно пересекаются и помогают друг другу. Знай, и месяца не пройдёт, как мы снова увидимся.
Христина крепко обняла Катю, которой ничего не оставалось, как тихо плакать.
И вот она снова машет отъезжающему грузовику. Новичков очень быстро набирали и увозили на фронт.
– Береги себя, слышишь, береги! – крикнула Катя, побежав за грузовиком. Христина плакала от счастья, что у неё такая хорошая подруга. Она знала, пока Катя жива и молится за неё, с ней ничего не случится.
Очередной грузовик скрылся за горизонтом. Катя проводила Христину и снова осталась одна. Печаль вновь закралась в её сердце, одной было страшно, особенно в городе, который периодически бомбили. И она недолго думая отправилась к партизанам. Уж лучше быть в центре событий и сделать хоть что-то героическое в своей жизни, чем сидеть дома, дрожа от страха. Ей нужно брать пример с Христины. Та отважно отправилась в самое пекло начавшейся войны, ни тени страха, лишь улыбка на лице. Катя тоже пройдёт с улыбкой всю войну, и они обязательно ещё не раз посмеются над своим юным безрассудством.
Партизаны приняли Катю холодно. Главный в Кишинёвском штабе долго оценивающе смотрел на своего нового бойца.
– Говоришь, только окончила школу?
