Эта любви брала своё начало в первый месяц пребывания гнома в современном мире. Как-то Скромник сидел на набережной и наблюдал за чайками. Через несколько лавочек от него находилась парочка с огромной сырной пиццей из соседней лавки, запах которой разлетался по всей округе и заставлял гнома глотать слюну и завистливо коситься в их сторону. Бродячие собачки же были более раскрепощены и терроризировали парочку, из-за чего та решила уйти, оставив животным кусочек пиццы. Дворняжки не сразу это заметили и последовали хвостиком за ним, надеясь выудить еду. Действуя быстро, Скромник перелетел через ступеньки, забрал оставленный кусок и бросился бежать в обратном направлении, надеясь, что собаки ничего не заметили. Так он попробовал самую первую – и самую вкусную – пиццу в жизни.
– О, этого добра навалом. Я люблю разные пасты… чего бы ещё у тебя спросить?
– Какие ваши любимые цветы? – ляпнул Скромник и зарделся.
Муэрте удивлённо вскинула брови и засмеялась.
– Магнолия. Ещё цветущая слива, вишня, сакура и яблоня. Обожаю, когда дерево покрывается ажурным узором из белых и розовых цветов, из падающих лепестков и молоденьких листьев. Юный цвет так невинен и прекрасен всегда. А тебе, мой дорогой?
– Первоцветы. Сильные и яркие цветы – символ наступающей весны и обновления природы. Мы с братьями всегда ходили в первый тёплый день марта на поляну: лежать на холодной земле и слушать её цветочное дыхание.
– Романтично. У тебя много братьев?
– Да, шестеро.
– Почти футбольная команда. Где они сейчас?
– В отпуске.
– Бросили тебя здесь одного? Какая жалость. Но ничего, теперь у тебя есть я, мой милый.
Гном опустил глаза, чувствуя, как начинает печь нос.
– Пойдём, скоро время обеда, – Рина снова повела его в коридор.
За столом собралась вся техническая команда и незнакомая девушка в берцах, джинсовке и секущимися пшеничными волосами в растрепанной косе.
– Ой, мой стажёр, какой ты милашка!
– Здравствуйте.
– Меня зовут Аня, приятно познакомиться. Я так рада, что ты согласился быть вместо меня ведущим, так рада! Я все-все покажу, не бойся.
– Как самочувствие? – спросил у Скромника оператор.
– Хорошо.
– Да. Прибереги восторги, Аня. Мы посоветовались с Сергеем Константиновичем и решили, что его погружение в мир кино должно происходить плавно, а не сразу в прорубь. Поэтому пока что он побудет помощником нашего осветителя, познакомится со всем, а потом, может, и тебя заменит, – вмешалась Рина.
– Да? Ну ладно, – девушка натянула улыбку, стараясь не показывать, как она расстроена.
– Жесть, – не сдержался световик.
– Кто там булькатит?
– Никто.
– Ах, Серёжа, я же тебе не представила их по именам: Сёмушка – твой руководитель, продюсер Тёмушка, звуковик Севушка, оператор Митрофанушка и монтажер Иванушка.
У Скромника зачесалось ушко.
– Приятно познакомиться. Ещё раз…
– Давайте есть, – простонал Севушка и, не дождавшись, распахнул коробку.
Есть с не очень знакомыми людьми Скромнику было проще, чем общаться. Тем более больше всего внимания привлекла шумная, говорливая и весёлая Аннушка, а не он. Лишь Рина изредка поглядывала на него и подмигивала, мол, не робей. Гном силился, иногда вставлял словечко-другое в разговор и каждый раз мысленно радовался, что смог пересилить свою робость.
Минут через двадцать в комнату прямо через стену впорхнули три птички и издали такую звонкую трель, что в руке у Рины треснул бокал.
– А ну кыш! Мы поняли, – махнула она рукой, и птички исчезли. – Похоже, настало время работы.
– Попробуй выставить сам: один сзади, один сбоку, два спереди – основных, – сказал Скромнику Сёмушка. – Я потом поправлю, но сначала посмотрим, на что ты годен.
