— Нет, мы ненадолго, — отказалась я. — Я тебе пришла сказать, что знаю, как тебе сюда интернет провести, я всё выяснила.
— А больше не надо, — огорошил меня Серёга. — Я увольняюсь из домоуправления.
— Что такое случилось? — встревожилась я.
Серёга довольно улыбнулся.
— Я себе наконец домик в деревне прикупил. Правда, пилить отсюда до него часов пять, и ещё он ремонта требует, но зато при нём почти тридцать соток земли. Я уже на расчёт подал, а помещение сменщику готовлю.
— То есть ты уезжаешь? — дошло до меня.
— Пока не насовсем. Комната у меня здесь остаётся. А так да — буду там жить. В деревенском доме надо жить постоянно. Буду готовиться к пенсии. Мне в нашей бухгалтерии рассчитали, что у меня будет близкая к минималке, поэтому, пока силы есть, я себе подсобное хозяйство сделаю. Так что ты вовремя заглянула, через две недели меня уже бы не застала.
Когда вернулись ко мне домой, Пашка стал допытываться:
— Где ты с этим дедом познакомилась?
Пришлось ему вкратце пересказать историю нашего с Серёгой знакомства, а заодно и вообще про Серёгу. Многому Пашка не поверил, особенно тому, что Серёга сочиняет стихи.
— Не верю! Я готов поверить, что он три месяца глядел на недопитую бутылку водки, но вот стихи — это выше моего понимания!
Я обиделась за Серёгу.
— А то, что он меня фактически спас, притащив к себе в подсобку, когда я была в отключке — ты веришь?
Подробности про то, что Серёга меня раздел, а мою одежду постирал, я предусмотрительно опустила.
— Ну это ещё куда ни шло, — смилостивился Пашка. — Но сочетание стихов и помойки не укладывается у меня в голове!
— А я, значит, нормально с помойкой сочетаюсь? — продолжала злиться я.
— Да, потому что ты расхитительница помоек. Ты бы и в каком-нибудь говноколлекторе нормально смотрелась.
— Ну спасибо! — от таких слов я вообще взвилась до потолка. Пашка смутился.
— Это типа был комплимент — что ты смелая и решительная. И не брезгливая.
А сказать, что я красивая или хотя бы умная, он не догадается?! Нет, не догадается, потому что он сказал совсем другое.
— А хочешь с нами на объект заброситься?
— В метро, что ли?
— Не обязательно. Можно в бомбарь какой-нибудь — там безопаснее и меньше шансов спалиться.
— И чего в этом интересного? — я чуть сбавила обороты своего гнева.
— Ну как ты не понимаешь! — сразу вдохновился Пашка. — Это прикосновение к тайне, к истории, радость открытия нового…
— Точнее — хорошо забытого старого, — уточнила я. — Ладно, так уж и быть. Попробую, что это такое. Когда вы собираетесь?
— Есть у меня на примете один бомбарь, но надо разведать обстановку, — сразу озадачился Пашка. — Посмотреть, что там делается. Может, там уже круглосуточную охрану поставили. Или наоборот — всё снесли. Давай ориентироваться на следующие выходные.
А пока нам было не до этого. И вообще не до чего. Мы как с цепи сорвались, и готовы были заниматься этим где угодно, в том числе и на работе, прямо среди системных блоков и мониторов, просто слегка их сдвинув. Правда, когда однажды в процессе случайно уронили один системный блок на пол, всё же решили, что для таких занятий нужно более подготовленное место. И это не наш туалет на работе, хотя его мы тоже испытали.
Вообще-то в таких случаях полагается думать о свадьбе и дальнейшем совместном ведении хозяйства, а в перспективе — даже о детях. Но мы считали, что до этого ещё не доросли. Надо погулять, понаслаждаться жизнью, а потом уже можно и хомут на шею вешать. И ради этого наслаждения всей полнотой жизни я даже временно перестала ходить в вечерние походы по помойкам. Но Пашка остался верен своему увлечению, и через десять дней напомнил:
— Ну как, ты готова к заброске?
В принципе, я считала, что мы и дома себе занятие найдём. Но потом подумала, что и в заброшенном бомбоубежище можно найти на это время. Так даже будет интереснее. После того, как я это решила, мне захотелось побыстрее отправиться на поиски бомбоубежища. Я даже стала прикидывать, что бы мне такое надеть, что в экстремальных условиях быстро снимается. Но Пашка мой энтузиазм объяснял внезапно проснувшимся интересом к диггерству. К разведке места, куда планировалось забрасываться, он привлёк своего приятеля Влада. Я не понимала, зачем он там нам будет нужен, но, в конце концов, его можно будет послать на разведку ещё куда-нибудь.
В воскресенье с утра пораньше мы отправились в путь. Влад поджидал нас на подходе к промзоне, где и находилось нужное нам бомбоубежище.
— Ну как, разведал? — спросил его Пашка. Влад перестал поедать меня глазами, и слегка невпопад стал объяснять:
— Охраны вроде нет. На самом заводе дежурят ЧОПовцы, но они обычно сидят на проходной. Забрасываться будем через оголовок аварийного выхода, только там на жалюзи новый замок повесили. Ты болторез взял?
Пашка важно похлопал по своему рюкзаку.
— Тогда пойдём, — скомандовал Влад, и уже на ходу стал рассказывать мне подробности. — Мы тут уже бывали пару лет назад. Бомбарь чистый, не затопленный, хабара полно, не разграбили. Но специальной охраны нет, заброситься сравнительно легко.
