Понесла ее быстрая река.
— Спасите! Тону! — надрывалась ведьма.
Дочки кинулись было ее спасать, да куда там! Закрутила речка ведьму и утопила в своих волнах. Вернулись сестры с Аймисей домой. Там немало было всякого добра в сундуках и в мешках, в погребах и в закромах. Зажили девушки, нужды не зная, дружно и весело.
Прослышали женихи в тех краях, что ведьма-людоедка сгинула, а живут в ее доме четыре девушки-красавицы, завидные невесты. Начали к ним женихи свататься. Приходили, говоря: «Выбирайте из нас любого!» Аймисей выбрала себе пастуха. Ахражат — шорника[58]. Ххаджа — лудильщика[59]. Маллажай — каменщика.
Сыграли четыре веселые свадьбы. Все соседние села на них пировали. И я там был. Подарили мне изумрудное колечко. Жаль, по дороге домой отняли его у меня разбойники. Сам от них еле живой ушел!
Жила на свете девушка Гунуна. Умерли у нее и отец, и мать. Осталась девушка круглой сиротой. И взял ее к себе дядя по отцу.
Дядя был добрый человек, жалел племянницу, но его жена и дочь невзлюбили сиротку. Всю тяжелую работу в доме на нее взвалили. Гунуна и шерсть чесала, и нитки пряла, и сукно ткала, и хлеб в поле жала.
Дядина же дочь жила белоручкой. Сама ни за какую работу не бралась, а над Гунуной насмехалась. Прозвала ее замарашкой.
Не расчешет Гунуна шерсть к сроку, как ей дядина жена прикажет, не подоит вовремя корову — оставят Гунуну голодной до ночи, а не то изобьют. Даже зимой не было у нее ни теплой одежды, ни башмаков. Ходила босая, в старье да в обносках.
Мотала однажды Гунуна во дворе шерстяную пряжу, положила моток на колени, а ветер дунул и унес моток в поле. Побежала Гунуна шерсть догонять, но куда там! Ветер уносил моток все дальше и дальше. Гналась Гунуна за мотком, пока не стемнело, — так и не поймала.
Домой вернуться девушка побоялась. Ночь провела на траве между камней, а наутро снова принялась искать пряжу. Долго бродила, заблудилась, где ее дом теперь, не знала. Пошла Гунуна, куда ноги несут, и встретился ей на пути большой ток[60]. На этом току три великана молотили чистое золото.
— Не нужна ли вам моя помощь?
Великаны обрадовались.
— Нам еще вчера надо было обмолот закончить, — сказал старший, — да вот не управились. Работаем с рассвета, и еду приготовить некогда. Свари нам хинкал[61]!
Сходила Гунуна за водой. Нашла у великанов в припасе муку и баранину, сварила хинкалы на славу. Ели великаны и похваливали.
— Что делаешь ты одна в наших местах, без отца, без брата? — спросили они, когда насытились.
— Я сирота. Ветер унес у меня моток шерсти. Вот я и хожу, ищу его. Не найду, изобьет меня дядина жена, из дому выгонит.
— А ты выбери себе одного из нас в мужья, какой поглянется, и оставайся с нами. Мы тебя никому в обиду не дадим.
Поблагодарила Гунуна за честь и сказала:
— Когда настанут дни осени, и женихи будут выбирать невест, бросая в них красные яблоки, приходите и вы. Там все и решится. А сейчас мне надо мою пряжу отыскать.
— Тогда не ходи так попусту. Пойди к царице Ветров, пожалуйся ей, попроси, пусть велит ветру вернуть твою пряжу.
Великаны рассказали ей, как найти царицу Ветров:
— Иди все прямо. По пути тебе встретится еще один ток. Там ты увидишь наших братьев. Они тебе укажут дорогу дальше.
Подарили великаны Гунуне на прощанье пригоршню золота. Завязала она золото в платок и отправилась в путь. Шла, шла и встретила женщину, несущую на спине двух маленьких детей. По щекам ее текли слезы.
— Что с тобой? О чем ты плачешь? — ласково спросила Гунуна.
— Мужа моего убил злой змей Аждаха, а меня с детьми выгнал из дому, — еще горше заплакала женщина. — Остались мы, бедные, без крова, без защитника, и не на что мне кусок хлеба купить.
Развязала Гунуна платок. Отдала женщине золото — подарок великанов. Дальше пошла. Вскоре увидела она ток. На этом току три великана лопатили вороха самоцветов. Поздоровалась девушка, пожелала, чтоб работа спорилась, спросила:
— Не нужна ли вам моя помощь?
Обрадовались великаны.
— Со вчерашнего дня не ели, — ответили они. — Торопимся кончить работу. У нас есть оленина, приготовь нам кавурму[62].
Гунуна сбегала за водой, порубила мясо, приготовила котел кавурмы, такой, что пальцы оближешь. Великаны ели да похваливали.
— Куда путь держишь? — спросили они, насытившись.
— Ветер унес у меня моток пряжи. Я его ищу. Если не найду, побьет меня дядина жена, из дому выгонит.
— А ты выбери себе одного из нас в мужья, который по душе придется. Остальные станут тебе братьями. В обиду никому не дадим!
— Спасибо! — ответила Гунуна. — Как настанут дни осени, приходите, бросайте красные яблоки. Тогда и решим. А мне надо свою пряжу найти.
Подарили ей великаны горсть самоцветов, проводили, пока дорога за дальние склоны не повернула. Шла, шла Гунуна, и встретилась ей дряхлая старушка с костылем.
— Далеко ли до замка царицы Ветров, матушка? — спросила Гунуна.
