– Там всё, что из железа делано, продают. Езжай, не егози, – слегка осадил его кузнец.
Направляя в указанную сторону, Матвей с интересом присматривался, как власти устроили это торговое поле. Всё оказалось достаточно цивилизованно. Само поле заровняли и установили длинные ряды прилавков, к которым легко можно было подъехать на телеге. Выполняя указания отца, парень загнал дроги в нужные ряды и, остановившись в указанном месте, вопросительно посмотрел на кузнеца.
– Всё, Матвейка. Приехал, – усмехнулся мастер. – Ты конями займись, а я старшину базарного поищу. Бумаги всякие получить надобно.
– Бать, а воров тут много? – на всякий случай уточнил парень, вспомнив, что в это время базарное воровство процветало.
– Бывают, – озадаченно кивнул мастер.
– И чего с ними делать можно? – не унимался Матвей.
– А чего это ты вдруг вскинулся? – не понял Григорий.
– Бать, ну ты ж знаешь, – скривился парень, постучав себя пальцем по лбу. – Вдруг поймать случится, да я его зашибу случаем. Сам знаешь, у меня не заржавеет.
– Ты полегче кулаками своими, – насупился кузнец. – Бить можно. А более и не думай. Ежели только кто с ножом аль с кистенём будет. Вот тут кулакам твоим воля.
– Ага, выходит, коль я с голыми руками, то и пришибить не грех, – по-своему перевёл его слова Матвей.
– Ты чего это таким кровожадным стал? – вдруг озадачился Григорий. – Вроде не водилось за тобой такого.
– Да не кровожадный я, бать. Я понимать хочу, чего можно делать, а где край лежит, – отмахнувшись, тихо пояснил парень.
– Ага, никак Григорий Лютый приехавши, – раздался голос, и казаки, оглянувшись, увидели дородного крупного мужчину средних лет.
Добротно одетый, с широкой окладистой бородой и прямым пробором в заметно седых волосах.
– Доброго здоровьичка, господин старшина, – едва заметно усмехнулся кузнец, даже не делая попытки поклониться или снять папаху.
– Благодарствуй, Григорий. И тебе здоровья, – усмехнулся мужик в ответ. – А это что за молодец с тобой? Никак сын?
– Он и есть, – кивнул мастер. – Сын мой. Матвеем зовут.
– Ещё года два назад огольцом был, а тут уже казак, – одобрительно кивнул старшина, с интересом оглядывая парня. – Что, смену себе растишь, Григорий?
– Так и есть, – спокойно кивнул мастер. – Уж поверь, Савватей Михалыч, кое в чём он уж и меня обошёл.
– Это в чём же? – заинтересовался мужик.
– Матвейка, покажи господину старшине замки свои, – весело подмигнул Григорий сыну.
Кивнув, парень откинул с края телеги брезентовый полог и, развязав горловину корзины, вынул из неё один навесной замок.
– И другой покажь, – велел кузнец, заметив, что замок только одного вида.
Кивнув, парень достал врезной замок и на всякий случай, быстро проверив, как работают механизмы, выложил оба замка на прилавок.
– А чего махонький такой? – удивлённо спросил старшина, вертя в руке навесной замок.
– Зато крепкий, – не сумел промолчать Матвей.
– Крепкий, говоришь? – с ехидной усмешкой переспросил старшина. – А коль я его на скобу подвешу да кувалдой вдарю, сдюжит?
– Что в заклад? – спокойно поинтересовался Матвей.
– Заклад? А вот. Двадцать рублей на ассигнации, – громко объявил старшина, выкладывая на прилавок широкую купюру.
– А ежели не сдюжит? – всё так же спокойно, почти равнодушно спросил парень.
– Будете в энтом годе вон там, на краю торговать, – чуть подумав, отрезал мужик.
– Годится. Вели кувалду нести, – ответил кузнец вместо сына.
– Митяй, – оглянувшись, окликнул старшина одного из своих приближённых. – Сбегай в контору. Там в сенях инструмент у меня лежит, что за долг взят. Неси кувалду сюда.
– Это кого ж ты уже успел так приголубить? – заинтересовался Григорий.
– Да приехал тут один, – отмахнулся старшина. – Тоже решил со мной об заклад биться. Ну и проиграл вчистую.
– А о чём спор-то вышел? – выгнул кузнец бровь.
– Что сумеет он подкову отковать, которую я согнуть не смогу, – гордо подбоченившись, ответил мужик.
– Видать, заезжий кто, – понимающе кивнул мастер.
– Ага, – весело кивнул старшина.
Отправленный за кувалдой Митяй вернулся обратно и, с грохотом выложив инструмент на прилавок, доложил, пытаясь отдышаться:
– Извольте, Савватей Михалыч. Как приказывали.
– Ну что, казачок. Вешай замочек, – весело потребовал старшина, подхватывая кувалду.
– Куда изволите, господин старшина? – уточнил Матвей, успевший уже оценить инструмент.
Кувалда эта была среднего размера, так что его замок вполне мог удар ею выдержать. Старшина жестом позвал его за собой и, отойдя в сторону от ряда, указал на старую коновязь, из которой торчала вбитая в неё скоба.
– Вот сюда вешай.
Кивнув, Матвей быстро навесил замок и, отступив на шаг в сторону, жестом предложил старшине начинать. Скинув армяк, или как оно тут называется, старшина пару раз взмахнул кувалдой, примериваясь, и, вскинув инструмент над головой, нанёс удар. Матвей сразу понял, что силушки мужику было не занимать, а вот кувалду в руках он держать не умеет. Боёк кувалды сначала скользнул по скобе и только потом ударил по замку. Подпрыгнув, замок глухо стукнулся о коновязь и остался висеть как ни в чём не бывало.
