Казаки охотно выполнили приказ, а Лука приладил еще одну стрелу и выжидал. Когда французы показались у поворота дороги, он спустил тетиву. Солдат схватился за руку, несколько выстрелов прозвучало в ответ, но пули с визгом пронеслись в лес.
Лука разрядил последний пистолет, пробежал шагов десять, вскочил в седло и погнал Нэньку по отчетливо видным следам казаков.
Он слышал редкие выстрелы, крики, но звуков погони не доносилось. Наверное, французы решили дождаться остальных и решить, как поступить.
Лука догнал казаков минут через двадцать. Те уже шли по следам, оставленным сотней.
— Неужели нас не подождут? — с оттенком недовольства спросил казак.
— Нам самим надо их догонять. Они ноги уносят, не могут тратить время на ожидание, — бросил Лука и пришпорил Нэньку.
И лошади, и казаки были исхлестаны ветками, но обращать внимание на это не приходилось. Время было дорого.
Лишь часа через три, когда лошади едва передвигали ногами, Лука и его казаки выехали на луг и заметили впереди темную массу сотни Боровского. Вечерело, сотня спешила уйти за речку, поблескивающую впереди.
Едва переправившись, казаки повалились на траву, держа лошадей за поводья. Потом лениво и нехотя принялись обтирать коней, поить их и готовить еду. Настроение было подавленное, разговоры слышались редко.
— Казаки, трубок-люлек не курить, костры не палить, — распорядился Боровский, — разговаривать тихо! Два казака сторожат на дереве. Два переправляются назад и ведут разведку.
Тревога и озабоченность сотника передалась и казакам. Они присмирели, но о люльках забыть не могли. Однако приказа ослушаться никто не решился.
Тем не менее ночь прошла спокойно. Лишь перед рассветом с противоположного берега донесся свист тревоги.
— Седлать коней, казаки! Снимаемся! — Боровский был непреклонен, и казаки в молчании бросились ловить коней.
Не прошло и десяти минут, как сторожа с того берега прискакали с вестью.
— Пан сотник, три сотни конников легкой рысью приближаются к речке, — доложил старший разведки.
— Хлопцы, быстрее выступаем! По коням! Двоим остаться вон на том холмике и проследить за движением отряда французов! Потом догоните.
Лука с Якимом вызвались это выполнить.
Когда казаки скрылись в редколесье, к берегу подошли передовые посты и в подзорную трубу оглядели местность. Юноши отлично видели, как те совещались, пока не появились остальные всадники.
После недолгого совещания они начали переправу.
— Пора и нам сматывать удочки, — бросил Лука и сбежал с холмика к коням. Они догнали свой отряд вблизи деревни, за которой на холме возвышался старый запущенный замок, скорее напоминавший усадьбу с одинокой сторожевой башней.
— Обойдем деревню стороной! — приказал сотник. — Сейчас ни к чему лишние глаза, хотя трудно поверить, что нас никто не заметит.
Скоро сотня скрылась в роще из больших развесистых дубов и акаций. Почти без подлеска, она хорошо просматривалась на полторы сотни шагов.
Лошади споро шли рысью, трясли головами и отмахивались хвостами от слепней и мух. Сзади, шагах в двухстах, трусили три казака арьергарда.
К полудню сотня еще раза четыре уклонялась от прохода через деревни. В прозрачной голубизне воздуха вдали иногда маячили шпили церквей и замков, но посещать их было преждевременно. Сзади догоняли французские драгуны.
На привале казаки не успели перекусить, как разведка прискакала и доложила о приближении французов.
— Гляди-ка, не отстают, лягушатники! — пробурчал Лука. — Я бы согласился устроить им небольшую ловушку или засаду. А то так и до беды недалеко.
— Сотнику виднее, Лука, — ответил равнодушно его сосед. — Садись на свою Нэньку, да и в путь, казаче. Пора.
После часа довольно быстрой скачки сотник Боровский остановил сотню.
— Казаки, так дальше не пойдет! Что-то надо нам делать. Кони уже притомились, а погоня не отстает.
— Пан сотник, впереди хороший лесок виднеется! Не устроить ли там им трепку? Надоело, словно зайцы, убегать, — сказал вдруг Лука.
— Все согласны с этим? — оглядел сотник казаков. Они молчаливо согласились.
— Тогда вперед! Поспешим!
Перед леском протянулся неглубокий овраг.
— Десяток казаков в овраг! — распорядился сотник. — Ударите в бок. Разведайте путь отхода по оврагу! Выполняйте!
Михай отобрал десяток. В него попали и друзья Лука и Яким.
Лука и еще двое казаков вытащили луки и приготовили их. Лошадей отвели чуть ниже, послали одного на разведку оврага.
Ждать пришлось недолго. Не прошло и двадцати минут, как послышался топот приближающейся конницы.
— Эге, да у них кони куда хуже наших, — протянул Михай. — Долго они не протянут.
— Это точно, — согласился сосед. — Выносливости им не хватает.
Передовые всадники не решились проникнуть в рощу и поджидали подхода основных сил. Те появились минут через пять. Лошади, покрытые темными пятнами пота, роняя клочья белой пены, тяжело поводили боками и тянулись к траве.
Скоро отряд в сотню всадников углубился в рощу. Остальные ожидали перед рощей.
Михай покачал головой и пробормотал недовольно:
— Осторожен француз! Плохи наши дела. Надо тикать, пока нас не обнаружили. Разве что обстрелять их по-быстрому.
