Он лег на лежак и стал наблюдать за тем, как поведут себя эти двое. Рассказы Андрея о том, как вести себя в камере, как жить по понятиям, что делать, чтобы поднять свой авторитет, не прошли для него даром. В данный момент парень решил придерживаться этих ценных жизненных советов. Первым к нему подошел тот, что был моложе и молча, протянув ему руку, представился:
– Леша.
Второго задержанного звали Наиль. Уже через час Максим знал, что Алексей задержан по подозрению в серии угонов, а Наиль подозревался в разбойном нападении на офис небольшого кооператива, торговавшего вьетнамскими джинсами «Мальвина».
Наиль поинтересовался у него, за что он попал сюда. Марков тут же придумал историю о том, что его напарник по бизнесу, подставил его, так как захотел стать единоличным хозяином их небольшой фирмы. Что он якобы, должен был подписать в милиции заявление о выходе из фирмы, но он не захотел этого делать и, уходя от ментов, в хлам разбил две их машины.
В камере он вел себя вполне достойно, отлично осознавая, что с ним произошло. Каждый из соседей по камере хотел предстать перед ним наиболее авторитетным преступником, прошедшим ни через один лагерь и они, подолгу спорили, доказывая друг другу преимущества той или иной зоны. Их споры забавляли Максима, но он слушал их с интересом. Так незаметно наступил вечер. В коридоре, изредка слышались шаги охранника, который регулярно заглядывал в глазок двери.
– Марков! На выход! – услышал он крик контролера.
Максим поднялся. Дверь камеры с лязгом открылась. Он увидел парня в гражданской одежде, который держал в руках наручники.
– Лицом к стене! – послышалась команда.
Максим, молча, повернулся лицом к стене. Наручники сухо щелкнули.
– Вперед и наверх! – приказал ему парень и они двинулись по коридору.
***
Максим привели в небольшой, но довольно уютный кабинете Судя по отделке и наличию пульта на тумбе, он сделал вывод, что кабинет принадлежит какому-то руководителю уголовного розыска. В кабинете находилось двое мужчин. Арестованный решил, что тот, который старше по возрасту и есть начальник.
– Присаживайтесь, – предложил ему старший и представился Маркову Абрамовым.
Максим присел на стул и вытянул больную ногу. Нога, которую он сильно ударил во время аварии, сильно опухла и не давала ему свободно двигаться. Тот, что был моложе, встав со стула, подошел к парню, словно стараясь лучше его разглядеть.
– Станислав! Приготовь нам чаю, – попросил его Абрамов. – Разговор у нас с Марковым будет долгим, и перед этим я думаю, стоит попить чайку.
Абрамов протянул Максиму пачку сигарет и предложил закурить.
– Извините, но я не курю, – произнес Марков
Станислав, молча, оставил перед ним стакан с чаем.
– Марков! Расскажите о себе. Кто вы такой, где учитесь или работаете, а если короче, где крестились, и где женились, – попросил его Абрамов.
– Что конкретно вас интересует в моей небольшой биографии? – спросил его Максим. —Думаю, что вы обо мне знаете намного больше, чем я сам.
Абрамов промолчал. Он не стал с ним спорить.
«Он был, наверное, прав. Мы действительно много знали о нем», – подумал Виктор.
Марков посмотрел на него и начал рассказывать. Врать Максиму не хотелось, так как скрывать ему было нечего, и все что он рассказывал, легко и быстро проверялось. Максим рассказывал и не сводил глаз с оперативников. Оттого, что Станислав изредка заглядывал в бумагу, лежавшую перед ним на столе, Максим понял, что он сверяет его показания с уже имеющимися сведениями. Когда он закончил говорить, Абрамов поинтересовался:
– Марков! Скажи мне по-честному, почему ты устроил гонки по городу, подвергая опасности людей? Чего испугался? Неужели ты рассчитывал, что тебе удастся скрыться? Да, кстати, скажи мне, почему ты пошел на таран милицейских машин? Зачем тебе это?
Максим не стал лукавить:
