– Извините меня, но я не могу этого сделать по следующим причинам, – сразу отрезал он. – Во-первых, заключенный Марков в настоящее время за нарушение режима находится в штрафном изоляторе и выйдет оттуда не раньше, чем через два дня. Во-вторых, ваш брак с ним не узаконен государственным органом, и вы по документам являетесь для него абсолютно посторонним человеком, даже не родственником. А, в-третьих, срок для свидания еще не подошел. С момента его прибытия в колонию прошло менее трех месяцев, а согласно действующему положению свидание может быть предоставлено не ранее чем через три месяца с момента прибытия заключенного в учреждение.
– Может, существуют какие-то исключения? – тихо спросила Света и посмотрела подполковнику в глаза.
Тот внимательно посмотрел на нее, пригладил свои редкие волосы на голове. Он вновь изучающее, глянул на нее.
– Исключение, как подсказывает нам жизнь, бывает в каждом правиле. Главное, как его найти! Вы меня, думаю, понимаете? Все зависит оттого, кто его хочет найти, я или вы? Кстати, вы, где остановились? У родственников или в гостинице? Я надеюсь, что сегодняшний вечер у вас свободен, и мы могли бы обговорить кое-какие вопросы и совместно поискать эти исключения? Мне бы не хотелось, чтобы вы уехали из Воркуты просто так, не встретившись со своим гражданским мужем!
Светлана хорошо понимала намеки подполковника. Ей было омерзительно даже думать об этом, но других вариантов у нее не было. Вечером в ее номер постучали. Открыв дверь, она увидела на пороге подполковника с бутылкой шампанского в одной руке и коробкой конфет в другой.
– Извините, что поздно! Служба! – произнес подполковник и без приглашения вошел в номер.
Прямо у порога, он обнял Светлану и грубо повалил ее на кровать. Жадно целуя, он одной рукой срывал с нее платье, а другой крепко прижимал к кровати.
– Позвольте подполковник, я сама разденусь. Вы порвете мне платье. Я вам посоветую принять душ, может быть, там вы немного успокоитесь?
Он вышел из ванной минут через пятнадцать. Светлана ждала его в постели. Подполковник ушел от нее часа через два. Прощаясь с ней, он захватил с собой непочатую бутылку с шампанским и коробку с конфетами.
–До завтра! – попрощался он и скрылся за дверью.
После того, как он покинул номер, она направилась в ванную комнату. Она долго мылась, стараясь смыть с себя запахи этого отвратительного для нее тела. Светлана прорыдала всю ночь. К утру мысли о Максиме постепенно вытеснили пережитое ей унижение. Она села перед зеркалом и стала приводить себя в порядок. Когда ей позвонил Семенов, тот самый подполковник, который навестил ее накануне.
– Привет! Как дела? Я тебе вчера обещал организовать свидание с твоим Марковым, так вот готовься! Он конечно по закону должен быть лишен свиданий, но ты Светлана оказалась сильнее закона! Приезжай, сегодня к двум. Предупреждаю сразу, свидание не больше трех часов. Пропуск тебя будет ждать на входе, дежурный его заполнит. Не забудь паспорт!
Положив трубку, Светлана заплакала от внезапного счастья.
«Не обманул! Видно, есть еще совесть! Интересно, сколько женщин через него прошло? Бог ему судья!», – подумала она.
Мысль о том, что она сегодня увидит Максима, придала ей силы. Взглянув на часы, Светлана торопливо оделась. Ей еще надо было купить разрешенный набор продуктов для Максима. Женщина выпорхнула из номера, как бабочка, и, не обращая внимания на холодный ветер, побежала по магазинам.
***
Комната для свиданий представляла собой небольшое помещение без окон. Под потолком горела лампочка. Ее тусклый свет не позволял разглядеть даже это небольшое помещение. В центре комнаты стоял грубо сколоченный стол и два табурета, все это было намертво привинчено к полу. Перед входом женщина–контролер тщательно проверила продукты и личные вещи Светланы и, убедившись в отсутствии запрещенных предметов, пропустила ее.
В полутьме Светлана выложила продукты на стол, присела на табурет и стала ждать. Максима привели только через пятнадцать минут.
Он вошел в дверь и остановился у порога. Она не сразу узнала его. Перед ней был другой, абсолютно изможденный человек, с лицом серого цвета, еле стоящий от слабости. Только улыбка была до боли родной.
– Здравствуй дорогая! Не узнаешь? Богатым буду! – улыбался Максим.
Светлана заплакала и бросилась к нему на грудь. Они долго стояли, обнимаясь и целуя, друг друга. Губы Светланы, не переставая, шептали его имя и слова любви. Марков присел на табурет и принялся за еду. Он ел с такой жадностью, что Светлане стало страшно и неудобно наблюдать за ним.
Его выпустили из штрафного изолятора еще утром, и он никак не мог наесться. Пища была не замысловатой, заключенных кормили сухим картофелем и полусгнившими овощами. Из-за нехватки витаминов у многих стали кровоточить десны и выпадать зубы.
Перехватив ее взгляд, Максим тихо произнес:
– Извини, наверное, выгляжу, как свинья, но такой вкуснятины я не ел, ни разу в жизни! В штрафном изоляторе мне снилось жареное мясо и пирожки с картошкой, и вдруг ты!
