Бредятина оказалась гораздо более радикальной, чем я ожидал. Тут же решил вступить во все религии. Куда бы я ни подкатывал, везде рядовые религиозные служители с большим воодушевлением принимали меня и в красках раскатывали, что вот их-то бог и есть самый развеликий и расчудесный. Совали мне разные бредовые книжки и, пока я не одумался, записывали меня в свои стройные ряды.
Впечатлений я черпанул немерено. У католиков мне очень понравился большой крест, та самая штуковина, на которой их лидера мочканули. Большой крест очень выгодно смотрится и блестит, когда его себе на шею присобачишь. В исламе неплохо, что они свою религию ревностно оберегают и призывают убивать тех, кто не с ними. Это было неплохо, что я успел к ним подвязаться, пока они всех крошить не начали еще массово. Еще «Белое Братство», «Светлое спасение», адвентисты седьмого дня, меннониты, мормоны, всех и не упомнишь. У Будды — Шамбала, прикольная фишка! У иудеев — красивые звезды. Взял штук пять. У протестантов — вера в собственную особенную судьбу. У кришнаитов — больно сильно все заморочено, Гиты всякие, Брахмапутры особенные, и еду жрут пакостную. Единственное, к кому я не поехал и не вступил, так это к скопцам. Потому как еще был не готов прощаться со своими собственными кусками.
Ну и, конечно, с особым рвением в нашу официальную религию шмякнулся я. Ну, православное христианство. Ездил к православным, ездил, все внимательно слушал, но не понял ничего. Допер одно: если не поверю, а что еще хуже, усомнюсь, очень плохо будет. И потом меня в особые классные сады жрать не пустят, а самого поджарят на сковородке и бефстроганов на радость всему миру смастерят. Призывают прикидываться, что любишь всех, а что ты особь одинокая — виду не показывать. Предков за их животную родительскую выходку шибко благодарить. А чтобы Богу не скучно было — хватать своих детей и в горы высокие тащить. Для жертв, значит. А Бог может смилостивиться и не дать твоих детей прикончить. И жизнь дарует. Призывали опять весь мир затопить и уничтожить, а самим на корабле спасаться. И тварей с собой в судно сажать. Звали башни строить высокие, а потом с землей их сравнивать. Книги подмастерьев Бога изучать и яблоки есть. Эх, вот если б я был Богом, то не стал бы подмастерьям доверять свое жизнеописание, а сам бы надиктовал. Потому что одно дело, когда кораблем штурманы, помощники правят, ну Иоанны, Луки всякие, а другое дело, когда сам капитан отчаянно выводит ладью на фарватер. Тогда бы книжка называлась «Евангелие (оригинал)». И была бы посвящена «чужим». Банкет бы я устроил и поздравления от шестерок-апостолов принимал. А подарки еще! Вот это было бы дело.
И даже так я грузанулся, что дважды крестился в православие на всякий случай в разных церквях. Чтобы уж наверняка. И оба крестика на одну цепочку приспособил. Ну, теперь-то меня не обманут.
Словом, чтобы спастись и получить конкретные ответы на мучившие меня вопросы, решил поехать к какому-нибудь боссу церковному, чтоб он мне все объяснил. Еду, а сам как погремушка. У меня вся дребедень, которую мне во всех церквях навешали на шею для удачи, звенит и давит. Крестики эти, звезды, месяцы, мистические символы и амулеты. Музыкальный я человек теперь, звонарь.
Доехал до церкви и как раз звон из-под желтых крышек раздался. Как призыв к спасению человечества.
Забредаю в церкван, там запах, люди олигофренистые с глазами стеклянными к старым комиксам тыкаются. Рядом урна и надпись. Призывают всех Богу кэш отстегивать. Тому, кто больше проплатит, обещают сладкую жизнь и счастье. В принципе дань Богу вызывает уважение, так как особь особи денежек не даст никогда.
Я, конечно, понимал, что просто так меня не пустят с церковным боссом за духовность перетереть. Потому наврал монахам, что хочу, мол, приличную сумму Богу пожертвовать и прошу встречи с церковным боссом местным. И за пожертвование прошу предоставить мне на синем блюдечке с голубой каемочкой полный короб успеха и небо в алмазах.
Словом, приводят к боссу в апартаменты. Как я и догадывался, тот трапезничает. Понятно, ему один пес весь день делать нечего, как жрать и в паузах у Бога счастье просить.
Ну, ясное дело, вежливо приглашает меня присаживаться и рассказывать, как я принял такое послушание отстегнуть Богу. И глазки алчные горят.
Сначала я осмотрелся. В комнате священнника полный набор техники: метровый ТВ с домашним кинотеатром, последний ноутбук, музцентр такой классный, там диски и игры компьютерные. На стенах иконки, картины с мифами, на полках книги религиозные. Куча видеокассет. Смотрю первую попавшуюся — «Долгий путь к Богу».
Слава ангелам, он не стал мне совать целовать свою руку. Мало ли. Ведь говорят, что они все извращенцы и педерасты. Священник щелкнул пальцами, заорал, и затравленная монашка понесла нам очередную гору пищи. Мясные блюда шестнадцати разновидностей, рыбные — семи, пять салатов, двенадцать закусок. И выпивка — джин «Бифитер».
— Ну, что Бог послал, — сказал он выжидающе и налил.
