Спустя пару месяцев после открытия внимание Максима привлек один из немногочисленных гостей, претендовавший на золотую карту. Высокий и тучный армянин, он периодически «заходил» на денежные суммы порядка 5000–10 000 долларов, играя в блек-джек. Причиной, заставившей генерального менеджера «закрыть» этого гостя, стала череда побед, одержанных им в дни еженедельных розыгрышей. Его лотерейные билеты регулярно доставались ведущим из барабана и приносили их обладателю один из главных призов. В первый раз Максим не придал этому никакого значения. Во второй — позавидовал фартовости. В третий раз — запаниковал и от греха подальше закрыл вход этому гостю в казино, внеся в черный список. Ну а зачем заморачиваться объяснениями: одним игроком больше, одним меньше. Москва же — многомиллионный город, и отряд не заметит потери бойца. На поверку это очень опасная теория. Отказываясь без веских и реальных причин от человека, можно «прокидаться» и остаться без игроков вообще. Но Максим об этом не задумывался, он считал, что раз уж он возглавил казино такого уровня, которое планировало бросить вызов «Старому Свету», то, благодаря изысканному интерьеру и крупным ставкам (крупными они были только по мнению Максима и всех его менеджеров-югославов), от желающих отбоя не будет. А раз так, то пес с ним, с армяшкой мутным, нечего раскручиваться с дармовых денег. Хотя надо признать, что для того, чтобы воспользоваться денежным призом и суметь его обналичить, надо было обладать действительно сумасшедшим везением — в силу определенных обстоятельств, «выгодно» отличавших «Шиллинг» от других московских казино «новой волны» и ставших одной из причин преждевременной его кончины.
Сообщение о своем решении в отношении этого игрока Максим довел до всех своих работников. Но не прошло и дня, как в утреннюю смену при отсутствии гостей и при полном боекомплекте пит-боссов (4 человека на 8 столов!) происходит нечто…
Старшему смены охраны (вопрос: почему ему, а не дежурному менеджеру?) раздается звонок с видеонаблюдения. Оператор оповещает, что камеры зафиксировали, как один из пит-боссов взял пачку лотерейных билетов на розыгрыш часов и положил их во внутренний карман своего пиджака. (Все билеты были «именными»: прежде чем выдать такой билет, пит-боссу приходилось записать его порядковый номер в специальную ведомость и продублировать информацию о его счастливом обладателе на последней странице в питбуке.) В исполнение должностных инструкций старший смены заходит в зал казино, подходит к этому пит-боссу и приглашает того выйти для разговора. Присутствующие при этом дилеры-инспекторы и другие пит-боссы смотрят на происходящее с удивлением и недоумением. Ничего не подозревающий «воришка» говорит своим коллегам, что вскоре вернется, и уходит вслед за старшим. В коридоре, без посторонних глаз, главный охранник раскрывает причину разговора, предлагая добровольно сдать украденные лотерейные билеты, и даже указывает на карман пиджака, где они спрятаны. Но пит-босс — парень не промах, и, как говорил Кирпич: «Кошелек, кошелек! Какой кошелек? На, обыщи!»
И действительно, после предварительного охлопывания внутренних карманов те оказываются пустыми. Тогда старший приглашает подмогу в виде двух охранников, и под конвоем приводят пит-босса в комнату охраны и там запирают до дальнейшего разбирательства. Ведь билетов нет, значит, и преступления нет! Но есть видеозапись, четко показывающая, как конкретный человек
— Что ты хотел делать с этими билетами? — спросил он.
— С какими билетами? — поинтересовался пит-босс.
— Которые ты украл!
— Я ничего не крал.
— А что ты скажешь на это? — закричал Роберт, не выдержав спокойного тона жулика.
И под конвоем они повели его смотреть видеозапись момента воровства.
После просмотра Роберт, имеющий на своей стороне численное преимущество в виде охранников и камерменов (при этом показав «подозреваемому», как в «Шиллинге» устроена вся система видеонаблюдения), перешел в атаку:
— Ну, давай билеты!
— У меня их нет, — ответил пит-босс, осматриваясь вокруг.
— А где они?
— У меня их нет.
— Кому ты их отдал?
— Никому. Я положил их обратно.
А вот этого «камера» ни подтвердить, ни опровергнуть не могла: может, оно так и было на самом деле.
— Зачем же ты их брал?
— Чтобы рассмотреть получше.
Не добившись ответа, пит-босса вновь заперли в комнате охраны до приезда управляющего с русской стороны. Роберт же дал команду всем и вся искать украденные билеты.
