— Графиня Татьяна познакомилась с ним у меня на рауте, — продолжала она. — Поначалу я и не подозревала об их связи. Поверьте, это бы шокировало меня! Я попыталась бы оградить подругу, да и сама прервала бы с ним отношения! Впрочем, — неожиданно Елена остыла. — В последнем я не уверена. Но, возможно, графиня была бы сегодня еще жива, — голос Орловой дрожал, по всему было видно, что эти слова ей дались с трудом. — Я стала догадываться об их отношениях незадолго до ее смерти! Графиня однажды мне намекнула, что ездила в усадьбу к возлюбленному, и этот возлюбленный вовсе не князь Корецкий. А по тому, как она смотрела на Радевича, я смогла догадаться, кто именно, — Нелли склонилась к воде, ее мутило. — Вы, вероятно, подозреваете о моем состоянии, — проговорила она. — Сегодня об этом узнал и Пьер. Признаюсь, он сильно меня удивил. Никогда прежде за ним не водилось великодушия, — Нелли замолчала, о чем-то задумавшись. Я молча ждал продолжения и хода ее размышлений не нарушал.
— Я, кажется, отвлеклась? — вновь заговорила Нелли. — Так вот, Таня проговорилась мне вскользь, что видела в его имении нечто страшное, — Нелли пожала плечами. Когда она это сказала, мне сделалось как-то не по себе. Я и сама ездила к нему три года назад и тоже присутствовала при странной сцене. В общем-то, я должна признаться, что всегда подозревала, что он преступник. Но убедилась в этом только после смерти Татьяны. И потом, — Елена вздохнула. — Ведь я любила его! — она говорила об этом так, словно это ее извиняло.
— Что же вы видели? — наконец я отважился прервать ее монолог.
— Однажды мне не спалось, и под покровом ночи я вышла прогуляться. Потом услышала голоса и притаилась за деревьями, подозревая, что столкнулась с грабителями. По-видимому, мое заключение было не так уж и далеко от истины, — грустно заметила она. — В имении Радевича есть маленький охотничий домик в лесу, не так уж и далеко от деревни. По направлению к нему Радевич перегонял повозку с бочонками. С ним был еще офицер, по всей видимости, австрийский. Я так и не вышла из своего укрытия, но решила все выяснить поутру. Но что-то меня остановило, — добавила Нелли. — Наверное, мой ангел хранитель. Австрийца в деревне больше никто не видел. В поместье из той поезди вернулись только Радевич, его управляющий Демьян, да еще кучер, Евсей, по-моему. Потом я узнала, что Родиона допрашивали о какой-то казне, в его доме даже был обыск. Теперь-то я понимаю, что к чему!
— Вы говорили, что вам угрожает опасность, — напомнил я. — Так что же вы хотите от меня?
— Я еще не закончила, — сказала Нелли.
И я ей закивал:
— Продолжайте!
— В опере я поняла, что он использовал меня и Пьера, чтобы сквитаться с вами. Сегодня я видела его и выложила ему все, что о нем думаю. Но, поразмыслив, горько пожалела об этом. Теперь я не чувствую себя в безопасности. И потом, ребенок… Теперь я особенно уязвима.
— Где прячется Радевич?
— Я не знаю, — Нелли пожала плечами. — Мы встречались тайно и всегда в разных местах. Он вызывал меня записками, их все время приносили разные люди, — она замолчала и вдруг взмолилась со слезами в голосе:
— Помогите!
— Как? — я искренне недоумевал.
— Через несколько дней мы с мужем уезжаем в Италию. Я не могу обратиться в полицию из-за особой щепитильности вопроса. Но вы, Яков Андреевич, с вашими связями, вы бы могли обеспечить нам защиту на каких-то несколько дней!
— Я не так уж и влиятелен, как вы думаете, — заметил я. — Но я попробую.
Елена Николаевна едва удержалась, чтобы не броситься мне на шею от радости.
Когда я, распростившись с Нелли, заехал к Лаврентию Филипповичу в управу, он встретил мое предложение без особого энтузиазма.
— А не болтает она, эта ваша светская львица? — Медведев сощурил свои бледно-голубые глаза, отрываясь от протокола. — Вообразила себе, поди, невесть что, скучая. Вот теперь и отрывает от дел занятого человека, — он посмотрел на меня. — Вернее, двух занятых людей.
«Ну, слава Богу, и меня, наконец, признали не праздношатащимся»! — невольно подумал я и пришел к выводу, что Медведев не раз уже пожалел о том, что звал меня в гости, по-видимому, считая, что я к нему зачастил.
— А вы представьте, Лаврентий Филиппович, — продолжал я его соблазнять, — что именно вам посчастливиться поймать важнейшего государственного преступника.
— Да ну! — продолжал сомневаться он. — Людей-то, конечно, выделить можно, — Медведев задумчиво потер подбородок. — Только дело-то, как я понял, деликатное!
Я подтвердил:
— Верно поняли, Лаврентий Филиппович, так что, заклинаю, не подведите!
— Ну, если вы настаиваете, — Медведев неохотно, но согласился.
Теперь я мог со спокойной совестью отправляться домой. Не успев переступить порог, я заявил Кинрю, что завтра же мы снова уезжаем в Студенку.
— Ну и ну, — развел руками Хацуми. — А можно поинтересоваться зачем?
— Обыскивать охотничий домик Радевича, — сообщил я ему и добавил:
— Да и Родиона Михайловича опередить не мешало бы!
— Я вижу, что Нелли была с вами достаточно откровенна, — резюмировал он.
— Кстати, — я огляделся по сторонам. — А куда подевалась Мира?
