Той же ночью, чтоб не привлекать лишнего внимания и, не смотря на большое число лежачих больных, весь обоз целиком перебрался на несколько верст, ниже по склону, временно обосновавшись в двух усадьбах де Вехторов в долине. Правда и они перед тем были заранее тщательно проверены на наличие минных закладок.
Никаких работ до окончательного разминирования усадьбы решено было больше не проводить. Поэтому оставшиеся на ногах и не занятые на разминировании усадьбы выздоравливающие егеря были отправлены в помощь Травнику, активно осваивавшему доставшуюся ему усадьбу. Пользы от едва стоящих на ногах егерей было с гулькин нос, но хоть что-то, чтобы быстрей привести в порядок и так не слишком запущенные постройки.
Как командир сапёров и говорил, самое тщательное обследование не заняло больше трёх дней, по истечении которых весь караван вернулся обратно в усадьбу.
О чём подумали местные жители, наверняка внимательно наблюдавшие за странными перемещениями обоза, Сидор не стал интересоваться. Не до того сейчас было.
Главное дело, из-за которого он оказался здесь, в этих пыльных сухих скалах, неожиданно забуксовало, и когда он сможет двинуться дальше, в Восточное Приморье, пока было непонятно. Но той остроты проблемы, по которой ему следовало бы здесь всё срочно бросить и спешить на побережье, уже не было. Приобретение оборудования в Империи и на Западе резко забуксовало. По разным причинам, но результат был одинаков. Ни оттуда, ни оттуда в ближайшую пару месяцев ждать ни станки, ни оборудование, ни инструмент не стоило. Потому и срочной необходимости нестись сломя голову на побережье, смысла не было ни малейшего.
А учитывая состояние всего торгового отряда, двигаться на приморские равнины сейчас для них было смерти подобно.
Учитывая же настойчивое требование врача из госпиталя, что тому понадобится не менее двух недель на выздоровление бойцов, и ещё хотя бы одной недели на их реабилитацию, то раньше чем через месяц и возвращаться, сюда не стоило.
Так что причин Сидору задерживаться в этой горной усадьбе не было, исключая лишь то, что ему самому было дико интересно, чем же закончится вся эта эпопея с водохранилищем, и хотелось лично посмотреть, как будут взрывать завалы.
Но и тут вышел полный облом.
Казалось бы, небольшой ручей, организованным ими с ближайшей запруды, давал уверенный, неиссякаемый источник воды, вполне достаточный для полива тех пятисот гектар земель, что были в собственности баронов де Вехтор в этой долине. А больше и не надо было. Проведённая совместно с вновь прибывшими егерями краткая, осторожная вылазка на то озеро выявила весьма характерные признаки того, что поток этот так и не иссякнет, как они первоначально думали. А для тех двух небольших усадеб, земли которых планировалось поливать, вполне хватало даже этого небольшого ручья.
И надо было спешить домой. Больше в горах его уже ничего не держало.
Последний перед отправлением домой вечер Сидор провёл один возле своего полюбившегося костра. Можно было, конечно, не ждать утра и отправляться сразу по готовности, тем более что идти пришлось бы всё одно под землёй, где солнца так и так нет, но… Во-первых, биологические часы ты не обманешь, и спать всё равно захочется. А спать в хоть как-то обустроенном месте всё же, лучше, чем на голых камнях в холодной пещере. А во-вторых….
Во-вторых, надо было ещё раз перечитать полученные письма и попытаться ещё раз разобраться в том, что всё-таки происходит в городе и не ошиблись ли они с Ведуном, затевая эту многоходовую операцию по сокрытию источника поступления к ним средств. Уж больно были неоднозначны первые полученные результаты.
Весь последний вечер при слабом, колеблющимся свете своего небольшого, попыхивающего можжевеловым дымком костерка Сидор в который уже раз за последние дни с трудом продирался сквозь витиеватые изыски изощрённого слога Маши и корявые, написанные, словно пьяная курица лапкой буковки. Вчитываясь в текст он просто наслаждался её фантазиями, где она в мельчайших деталях, подробно, откровенным матом и ничуть не сдерживаясь в выражениях, описывала, где и как она будет иметь эту бл…ь Ведуна, как только тот попадётся ей в руки. И желательно подальше от людей, там, где никто не посмеет ей помешать расправиться с этой бл…ью.
Две трети текста письма Маша всячески изощрялась в своих бурных фантазиях на тему сексуальных предпочтений и половой ориентации "этого гнусного ё. я", и всего их ё…го Территориального Совета, которые за счёт их компании решали какие-то свои дела. О, которых, кстати, их даже не удосужились заранее поставить в известность.
И только потом, деловым сухим языком она кратко, лишь факты, извещала его, что речная блокада амазонок, так угнетавшая экономику всего Ключёвского края, снята и что всё в делах компании идёт штатно.
