Внизу тихонько плеснула волна и закрутилась в седую кудрявую пену, что большая редкость для реки в это время года и в этом месте.
Чат IQuest.
Роман. Как вы там? Передых нужен?
Питер. Все норм. Есть прогноз?
Роман. Активных угроз рядом нет. Пауза минут десять или пятнадцать допустима. Под мостом одежда для всех промокших и ваши новые самокаты. По прогнозу, впереди ничего инфернального. Обычное человечье зло.
Дашка вздохнула. Все подумали о своем. Обычное человечье зло поджидает каждого из нас в этой жизни. И часто злом себя не считает. Но если оно не получит отпора, пока маленькое, то наберется силы и достигнет такого апофигея, что будет готово любому встать на горло.
Новые самокаты были творением Гефеста и оказались классными. Очень кстати были и легкие мягкие плащи с капюшонами, потому что все порядком вымокли и начинали замерзать.
Дальше все решили катить на дарах Гефеста. Цвет у всех самокатов был черный. Дашка черный цвет одобрила. Свой транспорт она узнала по родному огамическому узору на руле.
У Питера был самокат с длинной стойкой и подвесом для оборудования.
У каждого самоката для братьев Райдеров на руле была оттиснута голова летящего коня. Они взяли по самокату, пригляделись к коням и поменялись.
Через руль самоката Зои был перекинут зеленый плащ с капюшоном, один в один плащ рыбаря размером поменьше. Зои просунула руки в рукава, накинула капюшон и запахнула его теплые полы. Плащ подошел идеально. В кармане нашелся тот самый диск, который она использовала на мосту. К диску была прилажена цепочка из белого металла. Зои надела его на шею.
На самокате Лауры опознавательных знаков не было, кроме синего камушка, вставленного в руль и напоминавшего формой морскую гальку, а цветом – цвет глаз самой Лауры. На руле висел шлем невидимости Аида.
На своем самокате Мартин увидел число 33, выведенное угловатым шрифтом. Откуда Гефест проведал, что Мартин стал тридцать третьим Главой гильдии привратников, Мартин не знал, но не сомневался, что цифра была именно об этом.
Минут пять все раскатывали, присматривались и приноравливались к новому транспорту. Потом примеряли шлем Аида. Шлем делал невидимым своего носителя и его транспорт. Порезвившись, согревшись и отдохнув, команда решила, что пора отправиться вперед. Время звало.
Обычное человечье зло ждало их через несколько сотен метров. Зло было раздражено тем, что его вытащили из дома утром в субботу, не любило ни того, кто вызвал, ни того, кого оно охраняло и не пускало.
Виктор сделал, что смог, чтобы закрыть подходы по этой стороне Невы. Набережная была перегорожена от темно-красных кирпичных домов до самой чугунной ограды над водой. Вдоль заграждений бродил охранительный тип, рядом дежурила его машинка. Перегородить набережную не ахти какое средство, но, по крайней мере, позволяло разглядеть и задержать тех, кто будет добираться до точки назначения.
Охранник остановил команду и неприветливо объяснил, что прохода и проезда вдоль набережной нет и не будет в обозримом будущем. Потом присмотрелся к ним и сказал, что если у них спортивный или групповой заезд, то надо получать разрешение, потому что не стоит несогласованно создавать другим людям помехи для передвижения и нарушать порядок в городе. Других людей ранним утром на набережной не было на сотни метров вокруг, и пока не предвиделось, но дело явно шло к задержке или к неприятностям.
Однако в следующий момент произошло, как это уже случалось, сразу несколько событий.
Лаура надела шлем Аида и исчезла. Мартин тоже пропал.
С узкой улочки, подходящей к набережной, раздались звуки громкой музыки и бодро отбивающих ритм ударных. Дашка подумала, что она эту музыку знает. Но вспомнить сразу не смогла. С улицы на набережную вышел марширующий оркестр.
За звуками музыки слов охранника слышно уже не было. Оркестр направился прямо к набережной, охраннику и команде. Около заграждений под непрекращающиеся звуки музыки сопровождающий оркестрантов чел проорал охраннику что-то неразличимое, но эмоционально наполненное, показал на заграждения, потряс какой-то бумагой, упакованной в пластик. И стал переговариваться, пытаясь перекричать собственных музыкантов.
В это время за спиной охранника в ограждении появились проходы, аккуратно проложенные невидимыми первопроходцами. Медлить никто не стал. Оркестр бодро двинул вперед, не дожидаясь окончания переговоров. Команда тоже не стала терять времени, проскочила и улетела по набережной. Вслед неслась музыка гимна свободы. Тут Дашка вспомнила слова:
Дашка спросила на лету:
– Вы тоже видели, что второй ряд оркестра играл на лирах?
– Ага, они были в сандалиях и туниках, – сказала невидимая Лаура где-то рядом, – Я объехала их кругом, чтобы полюбоваться. Что у нас теперь?
Лаура наслаждалась скоростью, невидимостью и их потрясающим сочетанием.
