– С одной стороны, – Яндрей простер руку к изображению планеты, – местная флора, судя по всем осмотренным нами образцам, так и не эволюционировала до покрытосеменных или схожих с ними форм. Генеративные органы у всех осмотренных видов высших растений сформированы как стробилы, порой весьма необычного строения. Механизмы опыления требуют более тщательного изучения – судя по всему, мы имеем дело с обширным таксоном летающих опылителей, отдаленно сходных с земными психопсидами или каллиграмматидами. С другой стороны, лендеры обнаружили свыше сорока видов травянистых растений, предварительно классифицированных как голосеменные, причем это не молодой подрост, а взрослые одно- и многолетние травы, – он что-то нажал на пульте, и изображение Кементари сменилось узким длинным темно-зеленым стеблем. Растение имело разветвленную корневую систему, стебель в нижней части опоясывали идущие по спирали лопатовидные листья почти без жилок, в верхней так же по спирали шли крохотные шишки-стробилы. – Это один из доминирующих видов в западной части южного материка в речном бассейне, который определен нами как зона высадки четыре. Мы присвоили ему условное обозначение Tapetum vulgaris…
– Все это, бесспорно, очень интересно для ботаников, – произнес его собеседник. – Однако мне хотелось бы услышать про те жизненные формы, что покрупнее растения. Есть ли на поверхности опасные существа?
– Опасные? – Яндрей, видимо, только сейчас осознал наличие собеседника. Он склонил голову, изучая того, будто препарат. – Колон Уэстли, для определенного рода людей опасны и кролики. Мы обнаружили около десяти различных хищных видов, включая создание величиной в четыре с половиной метра и около двух тонн весом. Оно, впрочем, является скорее падальщиком, чем хищником, насколько мы смогли понять по строению зубов – наш аэростат имел не самые лучшие условия для съемки. В числе прочих хищных видов – мелкие стайные животные, мы засекли группу около двадцати особей, – говоря, он продолжал переключать изображения. На экране промелькнул массивный полосатый, плоскомордый зверь, оскаливший пасть в сторону камеры, затем – почти сливающиеся с выгоревшей землей рыжие тела животных, напоминающих крупных бультерьеров, бегущих вдоль почти пересохшего ручейка. – А вот это существо уничтожило один из зондов, – теперь на экране виднелись раскрытые кожистые крылья и смазанный рисунок распахнутой пасти. – Предположительно, это крупный крылатый одиночный охотник, размах крыльев более восьми метров. Но, может быть, вы позволите мне изложить общие закономерности, которые вывела наша группа?
– Продолжайте, как считаете нужным, масколон, – посоветовал стоящий рядом с Хеймом человек. Мой размороженный мозг не сразу вспомнил его имя – Айрен Джонстон, руководитель разведывательной секции.
– Великолепно. Что ж, раз я все равно заговорил о животных, укажу на следующие примечательные черты фауны Кементари. Общий план строения подобен земному – мы имеем дело с теми же позвоночными, членистоногими, и, судя по всему, моллюсками, а также кольчатыми и круглыми червями. Что до других типов, то более точных данных придется подождать до осуществления наземной высадки.
Однако налицо и разительные отличия. Зонды предыдущего орбитера обнаружили следы кладок крупных животных, из чего был сделан вывод о яйцекладущем характере размножения высших амниот Кементари. Он подтвержден – мы нашли не только остатки, но и сами кладки, причем самых разнообразных видов. Господствующим классом является группа организмов, слабо соответствующая палеозойским терапсидам. Они обладают поразительно схожим с земными млекопитающими планом строения – в частности, четырьмя парасаггитальными конечностями, развитым волосяным покровом, сложно дифференцированной зубной системой, предположительно – гомойотермическим обменом веществ, одиночными скуловыми дугами. Если верить полученным нами записям, терамнии в ряде случаев проявляют сложное поведение, свидетельствующее о высоком развитии ЦНС.
Среди них можно выделить весьма необычный отряд – если не класс – перешедших к активному полету животных. Передние конечности преобразованы в крылья, в целом план строения наводит мысль на отдаленном сходстве с рукокрылыми. Разнообразие семейств и видов с экологическими нишами не менее велико, чем у земных птиц, наблюдаются гигантские формы – именно встрече с одной такой мы обязаны разбившимся зондом. Эта клада терамний – мы назвали их вивернидами – населяет в том числе и малый западный материк, наземная позвоночная фауна которого представлена в основном напоминающими ранних архозавров пресмыкающимися.
