– Может, не будем возиться? – я развернул карту, проставляя очередную метку. Путь к лагерю пролегал через не самые удобные для пеших походов нагромождения. – Вызовем кольцевик прямо к обрыву.
– Предлагаете бросить палатку? – Алекслав покачал головой, стряхивая с куртки пыль. Мы торопливо шли по каменистой поверхности к выбитому взрывом углублению. – Нет уж, постараемся уложиться до темноты. Идти не так уж далеко.
Пока я собирал обломки в контейнер и откалывал кусочки со дна воронки, Алекслав развернул и настроил анализатор. Тишину пустыни нарушил уже привычный душераздирающий вой со скрежетом.
– Да, с яваннологической точки зрения наша точка одна из самых удачных, – заметил геолог десять минут спустя, сбрасывая данные анализа на айдимы. Я подозвал мула, чтобы погрузить на машину оборудование. – Железняки, уголь, известняки – практически в одной точке. Медь и свинец, титан и золото – на сравнительно небольшом отдалении.
– В местах, непригодных для жизни и недоступных по земле, надо добавить, – придушенно откликнулся я, придерживая в клешнях мула анализатор.
– Ваше поколение обленилось, – проворчал антаркт. – Вы искренне считаете, что если в какое-то место не проложена самодвижущаяся дорожка и оно не охвачено сетеприсутствием – оно недоступно и непригодно. Вам сложно представить, в какие медвежьи уголки забирались люди триста лет назад без кольцевиков и трансдорог. Вы отправили отчет на катер? – сменил геолог тему.
– Сбросил вместе с картой разведки, – проговорил я. – Впрочем, завтра мы сможем просто подгрузить его через АС-ку.
– Хорошо, – Алекслав внимательно уставился в свой айдим. – Центробежная конвекция… мда.
– Что?
– Мелочь, – геолог быстрым шагом устремился к воронке. Спрыгнул в нее, почти уперся носом в разорванные взрывом скальные слои.
– Я пропустил что-то из образцов? – спросил я.
– Нет. Нет, – Алекслав выбрался из воронки и теперь направился к каменной громаде величиной с двухэтажный дом, выступавшей из песка недалеко от края обрыва. Скрылся за ней.
Я пожал плечами, оглянулся на мула, будто хотел узнать его мнение о поведении геолога. Машина промолчала, что неудивительно для непрошитого речевым потоком механизма.
Когда мы с мулом догнали Алекслава, он внимательно изучал склон скалы, удачно освещенный лучами заходящего солнца. Я посмотрел через его плечо, но не увидел ничего, кроме пестрых полос гранита.
– Алекслав, – я вежливо кашлянул, напоминая о своем присутствии.
– Ах. Да, – мой товарищ вскинул голову. – Проклятье. Мне нужны снимки со склона.
– Я думал, мы закончили съемку, – глубокий блок, как хорошо, что я не успел разобрать летуна и уложить детали в сумки!
– Да. Да, закончили, – Алекслав выглядел необычно взволнованным. – Но это важно, Димер, по-настоящему важно. Так-так, – он оглядел скалу. Подозвал мула и зарылся в свой рюкзак. Через мгновение на свет божий появилось альпинистское снаряжение и катушка со страховочным тросом.
– Вы собираетесь спускаться? – я позволил себе поднять бровь. Впрочем, какая бы муха ни укусила геолога, в этом состоянии он явно не замечал моей реакции. – Мы рискуем не уложиться по срокам.
– Блок с ним, – отмахнулся Алекслав. – В крайнем случае, и правда вызовем кольцевик, а палатку подберем завтра утром, – он принялся загонять крепежный клин в углубление.
– Может, спустим вниз летуна? – без особой надежды предложил я. Алекслав замотал головой.
– Я уже видел через сенсоры все, что мог. Теперь хочу осмотреть ранние слои своими глазами.
Больше я спорить не пытался. Помог Алекславу закрепить трос и перебраться через край обрыва. Каменная стена уходила вниз вертикально, а кое-где – даже с отрицательным наклоном метров на сорок. Дальше шел широкий уступ, на который вполне мог бы сесть кольцевик, и очередной обрыв, где-то далеко под которым шумела речка-отводок Кей-западной.
Я улегся на живот, наблюдая, как фигурка геолога медленно опускается по отвесной скале, будто паук, разматывая тонкую нить троса. Зависнув над уступом, он извлек айдим и, по-видимому, перевел его в режим видеозахвата.
Длины троса хватило на то, чтобы Алекслав добрался до уступа, даже с небольшим запасом. Очутившись на твердой поверхности, он медленно зашагал вдоль каменной полки, пристально рассматривая обрыв, по которому только что спускался.
Через какое-то время мне наскучило разглядывать ходящего туда-сюда геолога. Я встал, посмотрел на солнце. Оно уже нависло над к-закатными горами. Я поежился, включая подогрев. Прикинул, успеем ли мы в лагерь до темноты (явно нет) и успею ли я зарядить куртку, пока Алекслав занят своими изысканиями (может быть).
Я перегнулся над обрывом.
– Алекслав! – мне пришлось кричать.
Фигурка внизу задрала голову.
– Димер?! – долетело до меня приглушенно.
– Я отойду ненадолго! И нам лучше поторопиться, темнеет быстро!
Ответа я не дождался. Что такое стряслось со спокойным и педантичным старым антарктом?
