Я уставился на свой айдим. Потом перевел взгляд обратно в небо, на котором уже вспыхивали первые звезды.
Я не могу связаться с прочими разведчиками, но что насчет «Семени»?
Ретрансляционные спутники звездолета имеют достаточно чувствительные антенны, чтобы засечь даже сигнал айдима с поверхности планеты. Собственно, для этого они в том числе и предназначены.
Проблема в том, что на моей широте и «Семя», и выведенные им на яванностационар спутники не восходят над Центральным хребтом. Для связи наша группа пользовалась яванносинхронными ретрансляторами с довольно заметным наклонением орбиты. К несчастью для меня, «Семя» не несло настолько большой запас спутников, чтобы обеспечить нашу группу регулярным доступом к сети. Для срочных сообщений мы пользовались станциями Разведчика-2, но в полноценном инфопотоке то и дело возникали разрывы протяженностью в несколько часов.
Я торопливо залез в перечень запущенных спутников с характеристиками орбит. Увы – ничего хорошего в нем для меня не значилось. Один спутник только что ушел из зоны досягаемости – приди в голову эта идея мне раньше, и я бы мог передать сигнал бедствия через него. Второй должен был пройти надо мной только через семь с половиной часов. К этому времени мы замерзнем насмерть – осенью температура в горах опускалась до десяти градусов ниже нуля.
Даже огорчаться не было сил. Я бездумно смотрел на залитые тьмой горы и долины, слушая свист ветра в ущельях и ощущая, как он норовит выдуть из тела тепло. До последнего старался не включать обогрев, чтобы поберечь энергию. Потом ощутил, что руки начинают коченеть, и все же поднял температуру комбинезона на несколько градусов. Микротермостаты в ткани одежды Алекслава уже давно работали на половинную мощность. Геолог пару раз бормотал что-то неразборчиво, но в сознание не приходил.
Кто знает, насколько сильным было землетрясение? Его вполне могли засечь датчики, установленные в зоне высадки. И если Брянцев понял, что мы угодили в зону толчков, то должен был связаться с нами и удостовериться, что все в порядке. Кто знает, возможно, уже сейчас он мрачнеет лицом, получая однообразные ответы кольцевика, и перенацеливает на мой уступ дроны и разведспутники…
Хватит себя убеждать, Димер. Мониторингом сейсмических колебаний занимался именно Алекслав. Если толчок в зоне посадки был слабым, то информацию о нем просто сбросят на его айдим в дежурном режиме. То есть к утру, потому что вечерний отчет уже отправлен. И вот тогда, не получив ответ, ребята начнут беспокоиться и примутся за поиски.
Я снова посмотрел в усеянное звездами небо. Нога болела теперь уже глухой болью.
Как глупо пересечь пятьдесят световых лет, чтобы расстаться с жизнью из-за лопнувшей веревки и собственной спешки. Как жаль, что не удастся больше повидать друзей. И Ланцею.
Я закрыл глаза. Постарался представить себе ее лицо перед внутренним взором, но увидел лишь вспышку света. Тысячи звезд, Земля и Луна, танцующие между ферм корабля, прибой, бьющий в берег…
Порой в небесах вспыхивали метеоры. В свист ветра вплелся отдаленный грохот камнепада. Я отвлеченно подумал, что мы сами можем быть виноваты в обвале. Сотрясения от взрывов, как бы малы не были заряды, могли ослабить горный склон, который в итоге не выдержал подземных толчков.
Становилось все холоднее. Я понимал, что надо двигаться, чтобы сопротивляться стуже, но нога не позволяла даже уверенно стоять.
Сколько мы здесь уже сидим? Свериться по времени. Что значит «сорок минут с захода солнца»?
Я свернулся в клубочек, стараясь сохранить тепло. Мысли текли неохотно, боль мешала соображать. Должен же быть какой-то способ продержаться до рассвета. Должен быть. Что-то я упустил. Мысль крутилась в голове, будто бультерамн, гоняющийся за собственным хвостом… Какая-то ассоциацией, связанная с Ланцеей – как ты там, в криомодуле на высокой орбите?
Вот оно.
Орбита. Ланцея. Инфотехника. Дроны.
Летун на краю плоскогорья. Не получающий докладов и перешедший в спящий режим. Сопряженный с моим и Алекслава айдимами.
Использовать аккумы дрона для подзарядки наших термокомбезов? Не получится, жаль. С этим не справиться без специального переходника, которого у меня нет. Хотя на крайний случай я попробовал бы распотрошить аккумулятор и соорудить его из начинки дрона. Ну или хотя бы прижаться к включенному на холостой ход корпусу летуна.
Но есть идея получше.
Передатчик на летуне мощнее, чем в наших айдимах. Ланцея смогла бы, пожалуй, и подключиться через него к рации на борту кольцевика, чтобы без затей вызвать помощь. Я честно ковырялся несколько минут в гиперлогических недрах, пока не понял, что подобный подвиг техногерменевтики не для меня. Трясясь от холода, посмотрел вверх, словно пытаясь разглядеть машинку сквозь камень.
Какая максимальная высота полета у этой модели? Километров пять?
